ВЕЛЕСОВА СЛОБОДА

 

Воля и раса


Франц Шаттенфро



Гербер Штубенраух Ферлагсбуххандлунг. Берлин, 1943 г.


Суть человеческой природы

Природа не бросает свои творения в мир беспомощными или свободными. Она вкладывает в них свои законы согласно возможностям, которые она разрабатывает в них из своей неисчерпаемой полноты. Эти законы, которые управляют каждым живым существом в соответствии с задуманной для него природой и живущей в нем идеей, умножаются на сумму пережитого в смысле этой идеи в рамках определенного вида. В индивидууме они проявляются как его воля, которая в соответствии как с видовым характером, так и с закономерностью естественного происхождения, заключает в себе единственную истинную «мудрость», потому что она исходит из изначального зародыша жизни и его идей. Живое существо повинуется ей и существует благодаря ей.

Мы считаем, что эта мудрость совпадает с понятием природы и ее воли. Она присуща всем неискаженным творениям природы, а не только человеку с его способностью к мышлению, являющемуся функцией головного мозга. Как и хватательная функция руки, человеческая способность к мышлению является выражением внутренней воли, различным в каждом человеке. Так что хваленую способность человека мыслить понятиями можно противопоставить мудрости природы. Те мотивы, которые разум навязывает воле, - ложь и обман, они искажают волю и уводят ее с пути природы и ее идей… Мозг это инструмент, созданный волей для обработки ощущений… Воля, мудрость и инстинкт это почти что синонимы. Инстинкт это воля. Инстинкт и воля это непосредственные выражения природы, включающие в себя всю мудрость природы, сначала в бессознательной, потом в сознательной форме.

Таким образом, мудрость и воля, которая у низших существ именуется инстинктом, а у высших – сознанием и интеллектом, рождены стремлением воли к познанию, это творения и орудия воли и мудрости природы. Воля рождает эту мудрость не только в мозгу, он служит для нее только зеркалом, в котором она познает себя. Воля и мудрость живых существ различны… Мудро поступает то существо, которое повинуется своей воле, то есть остается верным своей природе и расе, воля которого управляет мозгом и не позволяет этому своему инструменту давать рекомендации для принятия решений или уводить под воздействием чужеродных влияний, хотя они на какой-то момент и могут показаться «умными», на путь, противоречащий собственным тенденциям и закономерностям. Человек, которого мотает туда-сюда, который не имеет твердой линии, потому что его суждения отражают влияния воли других, а не его собственной воли, может прослыть «реальным политиком», но он будет действовать не в плане своей врожденной идеи. Природа задала ему задачу осуществлять именно эту идею, а не чужие. Если бы природа хотела иначе, она бы его не создавала. Такой человек становится своего рода роботом, действующим под влиянием внешних сил. Но не воля должна повиноваться разуму, а разум должен повиноваться воле…

…Грех против природы это утрата природной мудрости, утрата единой воли, единой основной тенденции, результат чего – разнузданность инстинктов. Посмотрите на метиса, плод физического греха против собственной природы: он является игрушкой своих разнузданных инстинктов и внешних влияний. Посмотрите на «робота», плод духовного греха против природы и собственных закономерностей: он тоже игрушка чужих влияний. Оба греха означают отказ от своей задачи, от своей идеи, отказ от природы и самого себя. Хотя такие люди как будто бы остаются людьми, они разрывают нити, связывающие их волю, дух и тело с природой.

Мозг это материализованный инстинкт познания, точно так же, как половые органы – материализованный инстинкт продолжения рода. Эти инстинкты и их материализованные формы вырастают из воли, но не тождественны ей, так как они представляют собой только чувственную, инстинктивную суть индивидуума, тогда как воля сверхчувственный повелитель, который объединяет все инстинкты и органы в органическое целое. Она присуща только целому и противодействует анархии страстей и инстинктов.

Это внутренний ориентир, внутренний голос, который все расово здоровые люди ощущают в себе и который исходит не от мозга, а только от воли, и передается через длинный ряд поколений. Воля индивидуума – нечто иное, как выражение его происхождения (и расы). Зачатию предшествует соединение двух воль, которое потом воплощается как новая воля в новом индивидууме.

И человек, высшее творение природы, следует своим законам, и он в этом смысле несвободен, все его функции подчиняются воле, которая определяется его кровью и наследственным характером и служит проявлением природной идеи. И человеческая воля не свободна, она повинуется заключенной в ней природе, то есть собственной закономерности. Равным образом не свободен и человеческий разум, так как он выражает только индивидуальное сознание, в котором рожденная из крови и наследственной плазмы воля определяет свои отношения с настоящим, с окружающей средой, а также с прошлым и будущим.

Но мозг повинуется воле в рамках определенного типа. Если бы мозг управлял волей, то все люди были бы одинаковыми, так как не зависели бы от наследственной массы, выражающейся в воле индивидуума. Так что духовные различия между типами людей и отдельными людьми в рамках этих типов, это не различия мозга, а различия воли. Все люди с хорошо развитыми мозгами в равной степени могут постигать рациональные вещи (например, математику), но не все могут постигать иррациональные вещи – это возможно лишь на базе переживания собственной, внутренней природы…

…Мозг это материя, орган или инструмент, такой же, как глаз или ухо. Глаза и уши у людей одинаковы, если они правильно развиты и здоровы. Такую же роль играют микроскопы и громкоговорители. Если бы подобные инструменты управляли людьми, все люди были бы психически одинаковыми. Но это не так. Глаза людей видят неодинаково. Например, глаз художника или гениального человека видит иначе, ухо музыканта и поэта слышит иначе, нежели глаз или ухо среднего обывателя той же расы, потому что одни и те же изображения или звуки вызывают в людях разный отклик в зависимости не от органов, а от различий расового состава, крови и возникающей из нее воли, которая управляет органами и всем человеком. И мозг обрабатывает впечатления в зависимости от типа воли… Воздействие воли на мозг формирует разум. Мозг констатирует факты, воля определяет, как к ним относиться. Мотивы, которые разум передает воле, это только повод для проявления воли. Воля выбирает из того, что предлагает ей мозг, то, что соответствует ее врожденным свойствам, то есть решает не мозг, а воля («Интеллект просто совет министров при суверене – воле: он предлагает ему все, из чего последний выбирает то, что соответствует его сути». Шопенгауэр). Вначале была воля и лишь потом – интеллект. Творческое начало человека – не в мозгу, а в воле («При всяком возвышении разума воля играет роль всадника, который пришпоривает лошадь, чтобы она бежала быстрей, чем может». Шопенгауэр). Мозг сам по себе не способен понять истинную суть жизни, ибо мозг, в принципе, не что иное, как оживленная материя, вроде рогов у быка, а оживлена она сверхчувственной силой – волей. Только в ней одной, в воле, заключено все гениальное, это она делает толстыми губы того, кто стремится к чувственным наслаждениям, и делает высоким лоб мыслителя…

Кто же властвует над человеком, кто определяет его действия? Мозг? Нет, нечто иное. И этим иным может быть только рожденная из крови и наследственной массы, типового и индивидуального характера и тождественная им воля. Она, исходя из своей внутренней природы, диктует разуму методы работы, которые различны у людей разных типов в зависимости от различий характера и воли и заключают в себе как духовные, так и физические различия между расами.

Многие переносят действие воли в сферу души, но это слишком расплывчатое и неопределенное понятие, которое только вносит путаницу. Если мы отберем у воли, о которой еще Дунс Скот говорил, что она – суть человеческой природы, изначальность ее действия и передадим ее «душе», то от этого пострадают представления о внутренней структуре человека, о том, что является в нем определяющим, о воле как о «сути человеческой природы». Под «душой» обычно понимается не что иное, как взаимодействие между волей, мозгом, нервами и чувствами, то есть между сверхчувственным и земным, включая реакцию на всевозможные внутренние и внешние влияния, которая сейсмографически показывает, находится ли вся структура индивидуума в здоровом состоянии баланса или какие-либо влияния или стрессы грозят ее нарушением. В сферу души попадают и фантазии, которые, исходя из подсознания, вносят в сухую объективность мозга искру природной истины, оплодотворенной сверхчувственной волей. Воля наполнена духом природы и стоит выше мозга, который представляют собой всего лишь механизм. С искажением типа воли в человеке безвозвратно гибнет вся истинная мудрость.

Итак, человек зависит от своей природы, которая живет в его крови, его воле и управляет им, пока он хранит в себе в неискаженном виде ее законы. Казалось бы, воля, которая сама не свободна, а подчинена природе и своему типу, неспособна к изменениям и должна тысячелетиями оставаться неизменной. И встает вопрос: Как может человек, несмотря на заключенные в его воле тиски природы и заданное ею направление грешить против этого направления и против самой природы? Что же это за принудительная воля, которой хвастаются многие, если она не может уберечь их от прегрешений против самих себя и против собственной природы?

История учит, что многие народы, которые не хранили чистоту крови, буквально исчезали с лица Земли. Известно, что решающую роль играла при этом демографическая победа менее развитых туземцев, иммигрантов и рабов. Несшие на себе весь груз цивилизации, управления государством и войн слои во времена затяжного мира предавались всякого рода наслаждениям и не хранили чистоту крови. Половое влечение заставляло их нарушать расовые границы… Французская поговорка «Крайности сходятся» применима и к этому случаю, хотя результатом является вырождение. (В.Дарре пишет в своей книге «Крестьянство как источник жизни нордической расы» о часто наблюдаемом стремлении к смешению: «Раса не есть нечто неподвижное, четко отделенное от других рас. Ее границы расплывчаты и четко определяются только ради систематики. Поэтому совершенно исключено, что представители расы, которые находятся на границе своей расы, будут обязательно испытывать чувства только к людям своей расы»). В противоестественном повороте родовых инстинктов во многих случаях немаловажную роль играет и алкоголь. Вследствие подобных влияний познавательная способность разума нарушается, и он искажает мотивы, которые предлагает воле, одурачивая ее, так что она не может принять правильное решение.

И слово, как средство мышления, действует через разум на человеческую волю разнообразными способами. Часто при посредстве вводящих в заблуждение понятий и представлений чужая воля может оказывать вредное воздействие на людей. Следствием этого могут быть заблуждения и предрассудки (если ложные понятия привиты с детства), так что разум не страхует человека от искушений, побуждающих его к действиям, которые противоречат его природе. Из-за своего разума человек потерял многое от первоначальной самостоятельности своей воли и слишком часто разум вводит в заблуждение волю, подсовывая ей искаженные мотивы.

Кроме того, за каждым человеком стоит множество предков, следы которых хранятся в его наследственной плазме. И воля случая, не проявится ли неблагоприятным образом в новом отпрыске этого длинного ряда кто-нибудь из этих предков, которые не все были равноценными… Так что в роду, в среднем вполне соответствующем требованиям типа, могут встречаться отпрыски с отклонениями от нормы в наследственной плазме. Эти отклонения передаются по наследству, и все больше отпрысков оттесняется на периферию расы и накопление у них дурных задатков делает их склонными к предательству своей расы. Согласно законам Менделя, индивидуумы, рожденные в результате связи такого склонного к расовой измене представителя одной расы с представительницей другой расы, могут внешне выглядеть как образцовые представители чистой расы, но они несут в своей наследственной плазме грехи своих отцов, передают их по наследству и насаждают в собственном народе враждебные элементы.

Природа расточительна и мало заботится о сохранении индивидуумов и даже целых видов. Но человек, который как индивидуум – ничто и вечно живет только в истории, должен оказывать сопротивление козням природы, подчиняясь законам, которые обеспечивают сохранение чистоты расы. Изучение генеалогии помогает сорвать маску с коварной игры природы. Природа любит играть со своими творениями. Она небрежно смахивает тупиковые форы, равно как людей, племена и расы, которые сами теряются в этнической каше…

…Таким образом, воля это не существующая сама по себе, замкнутая и неизменная величина, неосязаемая и непостижимая, она находится в постоянной взаимосвязи с окружающим миром при посредстве чувств и разума, которые передают ей разнообразные внешние влияния. Воля, врожденный родовой характер должны постоянно бороться за самоутверждение. В зависимости от исхода этой борьбы, от того, выйдет ли из нее воля окрепшей или ослабленной, победившей или побежденной, она сможет и далее выдерживать конфликты с окружающим миром и оставаться верной своей первоначальной природе или согрешить против нее и становиться все слабей вплоть до полной потери себя. В борьбе между родовым характером или волей и внешними влияниями, между врожденной природой и отражающими внешний мир чувствами и разумом, между субъектом и объектом индивидуум принимает решения не только под действием воли как таковой, в нем более или менее принимают участие и факторы, влияющие в момент решения на волю (психическая подавленность, алкоголь, чужое влияние и так далее). Эти влияния могут усиливать или ослаблять. Если они ослабляют и им не оказывается сопротивление, может быть принято решение против своей природы. Индивидуум будет вести себя неестественно.

Самый тяжкий грех против своей природы – беспорядочное кровосмешение. Люди, теряющие вследствие этого свою врожденную волю, теряют и свою природную мудрость и единое руководство разумом, то есть все, что отличает их от других. Из-за этой потери природной мудрости все полукровки похожи друг на друга. Разум их работает одинаково, ориентирующая, своеобразная воля на него не действует, природная творческая сила и своеобразие полностью отсутствуют, мышление становится чисто логическим и ограничивается реализмом и материализмом. Исчезает и порождаемое подсознанием естественное единство и остается только индивидуальное сознание, мозг, в котором сталкиваются соответствующие разным частям смеси и инстинкты. Чувство ответственности перед природой теряется, остается только индивидуум смешанных кровей со всем своим убожеством. Только родовой характер задает основное направление, объединяет все инстинкты в духе природной идеи в гармоничное целое, подчиняет своим целям, так что при уничтожении родового характера и заключенной в нем идеи все инстинкты вырываются на свободу во всем своем убожестве и выходят на первый план. Ими больше не управляет природная мудрость и закономерность, их сдерживает только мозг и лишь настолько, насколько этого требуют отношения с внешним миром, с людьми и их порядками с точки зрения личного эгоизма, то есть вне всякой истинной морали, которая может быть порождена лишь неискаженной природой. У таких индивидуумов нет никакого внутреннего сдерживания, никакой внутренней линии, никакого основного тона, никакого внутреннего закона природы, они определяются не единой собственной волей, а чисто внешними факторами, они внутренне разорваны, бросаются то в одну, то в другую сторону в зависимости от раздражения, которое эти внешние факторы оказывают в данный момент на их инстинкты… Это подлинная смерть всех людей и народов, которые в беспорядочном кровосмешении приносят в жертву самих себя и природу в себе, чтобы погрузиться в виде бессмысленных и безымянных индивидуумов в пучину эмоций и инстинктов. У них по-прежнему есть тело, язык, мозг, но это пустые оболочки без содержания, отбросы природы.

Единственным исключением, прямо-таки чудом природы является история врейского народа, который потерялся в самом противоестественном расовом смешении, но был искусственно заменен по произволу его духовных вождей, которые в новом, выдуманном ими религиозном расовом законе в определенной мере отразили новое расовое сознание. Из самых разных осколков, импульсов и инстинктов они собрали новую единую волю, которая благодаря строгому соблюдению на протяжении тысяч лет всех законов и благодаря отбору остановила смешение и исчезновение смешанного народа. Эта новая воля, которая не имела естественного происхождения, навсегда потерянного для нее, а была чисто искусственным творением, составленным из самых различных частей старых, разбитых форм и идей, возвысила индивидуальное сознание метисов до уровня расового сознания. Она приняла все имевшиеся, необузданные, не подчиненные никакому единому закону инстинкты за смысл и цель нового типа, подвергла их еще более жесткой обработке, сделала их, может быть, еще более примитивными, чем раньше, и собрала в единый пучок, сильный, несмотря на отсутствие творческой силы природы. Эта материалистическая еврейская воля, как новый основной тон нового расового сознания позволяет преодолеть ту свойственную метисам расколотость сознания, которая несмотря ни на что периодически прорывается у евреев. Эта воля проявляет себя только в познании частей своей прежней, разбитой формы, в механическом понимании материи и в постановке понятий на место идей. Вместе с утраченным внутренним единством своей природы было утрачено и внутреннее знание единства всей природы вместе со способностью к истинно творческому познанию природы, которое может вырасти только из собственного внутреннего переживания неискаженного целого.

Обладая мозгом, как и все другие люди, притом мозгом, еще более изощренным односторонней, рациональной мыслительной работой, доведенной до высокого уровня в виде механических идейных конструкций и понятий, в хитроумном педантизме раввинов, еврей проявляет способности выше средних во всех областях, где не требуется вдохновение или духовная творческая сила; зато все сферы сверхразумного познания, идеального созерцания и творческого созидания для него закрыты, так как вся мудрость природы им потеряна, вследствие чего у еврея нет ни истинной религиозности, ни истинного таланта к искусству. В философии и науке еврей тоже ограничивается только рациональным и материальным, логически мыслимым, выраженным в понятиях, не доходя до идеи, до действительно творческого познания, не переживая смысл бытия, не находя пути к высшей мудрости. Врожденная, неискаженная воля это самое драгоценное сверхчувственное сокровище в мире. Ее утрата это утрата тайны всеобщей взаимосвязи в природе.

У еврея нет внутренней взаимосвязи с природой из-за противоестественного смешения рас и утраты собственной формы. Он представляет собой уникальное явление: он полон жизненных сил, но его внутренняя суть умерла. Это маргинал природы, который не понимает природу и которого природа больше не понимает, поэтому все народы инстинктивно отторгают евреев как чужеродное тело. Но евреи не поддаются ассимиляции только благодаря сознательно воспитанной воле… Их воля это сумма в отличие от воли как целого.

Если же природа подчиняет человека своей воле, она делает его стойким при любых обстоятельствах… Воля к жизни, пронизывающая всю природу и все ее явления в виде самых разнообразных идей, пожирает самое себя… Каждый вынужден в борьбе за существование давать материал для воплощения чужих идей (Шопенгауэр), а каждая воля стремится к тому, чтобы воплотить свою собственную идею и только ее. Человечество не обречено на бесконечное взаимное пожирание, достаточно, если одна человеческая воля объединит вокруг себя другие, как магнит – железные опилки. Воля стремится подчинить себе собственный организм, потом это стремление распространяется на окружающий мир, на других людей, которых воля хочет подчинить своей идее. Она хочет подчинить себе и волю противника. Поэтому воля никогда не бывает удовлетворена, и эта неудовлетворенность служит мотором, обеспечивающим ее непрерывное действие.

Воля либо использует других людей, либо порабощает их. Использовать можно только родственные силы. Такое «использование», хотя оно внешне может иметь все признаки насильственного подчинения, если оно исходит от той же или родственной нации или расы, при всей его недобровольности никогда не будет противоестественным, так как индивидуальный произвол будет ограничен происхождением. В родственной нации или расе преобладают силы, действующие в том же направлении, и влияние на них только усилит их, но не исказит.

И наоборот, подчинение воли чужеродному произволу будет насилием над ней и ее искажением вплоть до утраты естественности. Такой произвол отнимает у индивидуума типичные для него природные мотивы его воли и заменяет их мотивами чужой воли, не имеющими опоры в его крови. Результат такого влияния – получеловек, живой труп.

Но и при одинаковых предпосылках отдельные волевые импульсы должны быть собраны в пучок, иначе они рассыпятся. И здесь мы наблюдаем переплетение внешне или действительно противоположно направленных воль. Этот раскол начинается уже в семье, ячейке государства, и чем выше уровень, тем он больше. Кульминации противоборство сил достигает на уровне государства. Эти силы можно распределить по шкале от близко родственных до совершенно чуждых.

Это противоборство выражается во всех проявлениях человеческого бытия и духа, в нем корни того, что называется «политикой». Политика это не «государственное искусство», а выбор средств для осуществления воли. Государственные деятели прошлого и современные демократы об этом в большинстве своем даже не подозревали. Они считали политикой межпартийные дрязги, в результате чего возникла угроза подчинения народов и государств чужеродной еврейской воле. И если бы немецкий народ не проявил собственную волю и не зажег для всего арийского человечества новую зарю, боги Земли отвратили бы от нее свои лица и ее закрыла бы вечная тьма противоестественности.

Поднятые сегодня на высокий уровень расологические исследования установили все характерные наследственные признаки, которые отличают друг от друга разных людей и разные расы, равно как и особенности, которые снова объединили многих и еще более четко отграничили их от других. Расология учит нас, что расовые законы так же действительны для людей, как для животного и растительного мира. Она вернула нам расовое сознание и все вытекающие из него обязанности, которые многие соблюдали, руководствуясь природными инстинктами, но их четкое понимание пришло только теперь.

Установлено, что тело, дух и «душа» одних отличаются от тел, духа и «душ» других, но «суть человеческой природы», воля, осталась вне поля зрения. Мы видим в этом упущение, так как, если расовая проблема, как верно говорил еврей Дизраэли, это ключ к мировой истории, то на бородке этого ключа отсутствует как минимум один зубчик – осознание того, что воля управляет и телом, и духом т «душой». Поэтому названный ключ до сих пор не вполне походит к стальному сейфу мировой истории… Как быть, если человек чистой кров, с неиспорченным разумом сталкивается с волей человека чужеродного типа? Как быть, если кроме смешения кровей, есть еще такая вещь, как проникновение бестелесного «экстракта» крови, а именно воли, в форме влияния, которое может дойти до степени порабощения, и тогда разум, «душа» и тело индивидуума, подвергшегося влиянию, получат точно такое же противоестественное направление, как если бы уже произошло противоестественное смешение кровей, и в итоге тело, «душа» и разум будут управляться противоестественной волей? Главное не смешение кровей само по себе, главное, что в результате этого смешения изменяется «суть человеческой природы», управляющая ею воля, и безразлично, является ли это изменение результатом противоестественного смешения или только результатом противоестественного влияния чужеродной воли.

Если расология займется и волей, то необходимо уделить воле особое внимание, чтобы открыть особые закономерности воли как таковые.

Из внутренних взаимосвязей между телом, «душой», духом и волей явствует, что классификация рас применима и к воле. Если мы раньше различали родственную и чужеродную волю, не учитывая расовые различия, то теперь мы можем полностью опереться на достижения расологии, в частности, на классификацию Ганса Ф.К.Гюнтера.

Мы ощущаем как родственное все человеческое, будь то личность или ее произведения, прошлое или настоящее, если оно без противоречий вписывается в наш внутренний и внешний мир, может существовать в нас, как жизнь или пережитое, и говорить на том же внутреннем языке, что и мы. Произведения искусства древней Греции, религия и философия древней Индии, история и культура Персии, строгое понимание жизни и своих обязанностей, высокая государственная и семейная мораль римлян говорят с нами на том же языке, что и дух так называемого Ренессанса и вообще дух всего великого, созданного на этой Земле. Тот же голос звучит и в нашей душе и независимо от языка и от прошедших столетий и тысячелетий свидетельствует о родстве, которое только и делает возможным понимание. Это то же самое родство, которое связывает нас и сегодня со всеми народами, именуемыми арийскими. Эти народы бессознательно противопоставляли себя евреям, тогда как ученые, вроде Вирхова, считали, что в нашу эпоху равноправия находить различия между людьми можно только «утратив здравий человеческий рассудок». А ведь Вирхов был не только правовед, но и антрополог!

Полностью освобожденная от еврейского влияния немецкая расология покончила с этими предрассудками. Руководимая д-ром Гюнтером, она различает разные расы и посылает к чёрту противоестественное «равноправие», произвольное порождение человеческого неразумия.

В данном д-ром Гюнтером образцовом описании различных европейских рас, из которых важнейшими являются нордическая, динарская, западная и восточная, почти все народы Европы оказываются смешанными, но самой ценной в них является кровь нордической расы. Величайшие гении всех времен, не только в Европе, но и за ее пределами, были либо нордической крови, либо с сильной нордической примесью.

Нордической крови были обессмертившие себя своими творениями в области религии, философии и математики древние индусы, которые еще до нашей эры все больше смешивались с темнокожими расами; древние греки, упадок которых был также связан с истощением их нордических слоев, а также древние персы и мидийцы, господствующие слои аморитов и филистимлян, скифы и, конечно, римляне… Истощение нордической крови в этих народах (в результате смешения, войн и внутренних конфликтов) влекло за собой их полный упадок. Чисто нордической расы были также праславяне. Вместе с кельтами и германцами по Европе прокатились последние волны нордической крови. Им Европа обязана своей высокой культурой. Чем меньше примесь нордической крови в разных народах, тем менее значительное место они занимают в мире.

По данным расологии, население Европы представляет собой смесь вышеупомянутых рас, и отдельные народы различаются составом этой смеси. В одних доминируют признаки нордической расы, в других – западной, динарской или восточной. Но языки и культура всех народов Европы – нордического происхождения…

…В свете этого смешения внутри народов Европы можно в определенном смысле говорить об их большем или меньшем родстве, хотя оставшиеся чистыми, принадлежащие к одной расе слои разных народов должны быть, если исходить с научной точки зрения, исключены из этой схемы.

Все народы Европы, говорящие на языках индоевропейской (арийской) семьи, в просторечии называют «арийцами», и это собирательное название получило очень широкое распространение, особенно для обозначения противоположности этих народов еврейству. С научной точки зрения это название неправильно, но мы все же будем им пользоваться, подчеркивая более или менее сильно проявляющееся родство именуемых так частей народов между собой. Вследствие наличия всех европейских рас в различный «арийских» народах современности (хотя и в разных пропорциях), можно говорить об их определенном родстве. В нордическом плане оно еще более тесно благодаря господствующему повсюду влиянию нордической воли. Мы уже говорили, что великие люди всех времен были нордической крови или с сильной нордической примесью. Их творения до сих пор накладывают свой отпечаток даже на культуру народов, сохранивших лишь минимальную долю нордической крови, и не только на культуру, а через нее и на весь конкретный народ, ибо воля живого человека может влиять и после его смерти через его творения.

Встать на эту довольно свободную точку зрения нам позволяет тот факт, что в противостоянии с евреями непреодолимая пропасть отделяет все европейские народы (если в них нет негритянской примеси, как в южных частях Франции, Италии и Испании) от этого чуждого народа, хотя и здесь необходимо подчеркнуть, что крайней противоположностью еврейской сути является нордическая суть. Так называемые арийские народы могут вследствие бегства с родины (как нордические гугеноты или французская знать во время революции) или эмиграции в США и другие страны смешиваться между собой и даже в первом поколении это смешение не будет выглядеть смешением чужеродных элементов. Со временем французы (если, конечно, у них нет негритянской примеси) могут превратиться в немцев, немцы в русских (это относится, разумеется, только к русским славянской крови) или чехов и наоборот, и только особое имя, если оно сохранится, будет напоминать об их происхождении. Но еврей никогда не станет немцем, французом или русским. Он может сотни лет жить среди другого народа, но останется чужаком, и любой безграмотный уличный мальчишка его сразу распознает. Так что, проводя различия между родственным и чужеродным, мы будем употреблять термин «арийское» в вышеописанном смысле для обозначения родственного, а «еврейское» - для обозначения чужеродного.

Философия Вождизма


Назад к Оглавлению

Внимание! Мнение автора сайта не всегда совпадает с мнением авторов публикуемых материалов!


Наверх

 






Индекс цитирования - Велесова Слобода Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика