ВЕЛЕСОВА СЛОБОДА

 

Протоморфные расы


Карл Штрац



Австралиянки и негритянки
Папуасы и меланезийцы
Ведды и дравиды
Аиносы
Племя коикоин
Американские племена

Альбом с 242 автотипиями по фотографическим снимкам женских моделей разных национальностей с натуры.


Протоморфные расы назывались и называются еще иногда дикарями. В детстве, как и всякий из нас, я увлекался Робинзоном Крузо и особенно дивился дикарям, которые живыми берут в плен своих врагов и пожирают их. Это казалось мне верхом мужской энергии; Пятница, пленник, беглец были презренны в моих глазах. Я тогда с недоверием улыбался бы, если бы кто-нибудь сказал мне, что у этих дикарей есть женщины, — женщины, на которых я, как будущий мужчина, смотрел с величайшим презрением.

Теперь я знаю, что и у них есть женщины. Однажды я даже беседовал в недрах Калифорнии с одной индианкой, кое-как объясняясь знаками. Она жила в убогой хижине, муж ее через день отправлялся на рыбную ловлю, а по утрам помогал чистить скребницей лошадей в ближайшей гостинице; она же суетилась у огня в старом, поношенном, шелковом бальном платье, которое ей когда-то кто-то подарил, и жарила рыбу — добычу своего мужа.

Теперь я знаю, что эти дикари — не дикари, а кроткие, трусливые, добродушные существа, что не бояться их надо и не дивиться им, а только жалеть. Они влачат жалкое существование несчастных нищих, они только терпимы в стране своих отцов и медленно исчезают, одолеваемые чужой культурой.

Только прекраснейшие из их дочерей попадают в милость у гордых пришельцев и только благодаря им часть вымирающей Протоморфные расы назывались и называются еще иногда дикарями. В детстве, как и всякий из нас, я увлекался Робинзоном Крузо и особенно дивился дикарям, которые живыми берут в плен своих врагов и пожирают их. Это казалось мне верхом мужской энергии; Пятница, пленник, беглец были презренны в моих глазах. Я тогда с недоверием улыбался бы, если бы кто-нибудь сказал мне, что у этих дикарей есть женщины, — женщины, на которых я, как будущий мужчина, смотрел с величайшим презрением.

Теперь я знаю, что и у них есть женщины. Однажды я даже беседовал в недрах Калифорнии с одной индианкой, кое-как объясняясь знаками. Она жила в убогой хижине, муж ее через день отправлялся на рыбную ловлю, а по утрам помогал чистить скребницей лошадей в ближайшей гостинице; она же суетилась у огня в старом, поношенном, шелковом бальном платье, которое ей когда-то кто-то подарил, и жарила рыбу — добычу своего мужа.

Теперь я знаю, что эти дикари — не дикари, а кроткие, трусливые, добродушные существа, что не бояться их надо и не дивиться им, а только жалеть. Они влачат жалкое существование несчастных нищих, они только терпимы в стране своих отцов и медленно исчезают, одолеваемые чужой культурой.

Только прекраснейшие из их дочерей попадают в милость у гордых пришельцев и только благодаря им часть вымирающей крови наследственно передается грядущим поколениям, чтобы отличить их таким образом от других, подобных.

Тасманцы вымерли, прекрасно сформированное племя «маори» исчезает, маленькие готтентоты и бушмены с каждым днем уменьшаются в численности: каждый корабль, отчаливающей от европейского берега, каждый талер, заработанный в чужих странах, приближает беспомощные, более слабые человеческие расы к неизбежной гибели, к вымиранию.

Иной культурный человек, сознающий собственное достоинство, с презрением, свысока смотрит на дикарей, которые, по его мнению, стоят значительно ниже его. Но этому противоречит мнение великих ученых, и между прочим Вирхова, которые на основании собственных наблюдений доказали, что австралийская раса, причисляемая по большей части к самым низшим, богато одарена физически, как и умственно и обнаруживает наибольшее сходство с европейскими.

Среди девушек маори, арауканий, дакота-индейцев находятся такие красавицы, каких редко встретишь в Европе. Во всяком случай у таких великолепных экземпляров расовый характер в значительный степени ослаблен на пользу расовой красоты.

Странным образом природа, но-видимому, следует тому же ходу развитию в широких размерах, как и греческое искусство в малых размерах. Задолго до того, как строение лица выразилось в индивидуальной, нежной красоте, тело получило уже законченные прекрасные формы. У некоторых низко стоящих народов последние еще вполне сохранились, тогда как среди культурных рас большая часть людей снова утратила врожденную красоту тела вследствие нецелесообразной одежды и образа жизни.

Уже было указано на то, что протоморфные расы во многих отношениях отличаются друг от друга и не так легко могут быть подведены под одну категорию, как расы архиморфные и метаморфные. К протоморфным расам относятся, однако, все так называемые дикари и все остатки старых человеческих племен, сохранившиеся еще среди новейших, более сильных племен.

Фрич различает четыре большие группы.

1. Европейско-азиатские основные расы с веддами и аиносами.
2. Алфуры и этасы.
3. Бушмены, готтентотты и аккасы.
4. Американские основные расы.

Папуасов и меланезийцев Фрич причисляет к негритянской основной расе.

Мы не придерживаемся здесь аналогичного подразделения и представляем протоморфные расы в отдельных, слабо связанных друг с другом группах, среди коих американская раса занимает наивысшее положение.


1. Австралиянки и негритянки

Пятнадцатилетняя девушка из Квансленда (рис. 12) прибыла несколько лет тому назад в Берлин. Вирхов нашел при длине тела в 163 см длину ног в 85 см, а длину рук в 73 см.

В остальном он приблизительно так описывает эту девушку:

«Сравнительно свежий вид с юношески округленными, довольно полными формами, хотя она скорее худощава. У этой девушки (в противоположность мужчинам) решительно есть что-то привлекательное, симпатичное. Кожа мягка и нежна, как вообще у черных рас. Цвет темно-коричневый до черного, очень равномерный, но все же покрытые части значительно темнее, лицо светлое, темно-коричневого до желто-коричневого цвета. Толстые, сильно выдающиеся губы синеватосеры. Волосы на голове правильно черного цвета, не очень густые, несколько жесткие на ощупь, гладкие, имеют наклонность виться. Цвет глаз коричневый; взгляд открытый, симпатичный.

Лоб низкий и выпуклый, нос очень плоский, столь же длинный, как и широкий, и в этой отвратительной основной форме носа кроется главная особенность австралийской физиономии».

О другой австралиянке, которую Вирхов позднее исследовал, он говорит: высота тела 155 см; стопа очень мала, содержится в высот тела 7,3 раза; ноги длинны, ровны и худощавы; бюст весьма красив, строение грудей строго девственное; верхняя часть грудной клетки широка и хорошо развита; полные груди полушарообразны, вверху несколько площе, внизу сильнее выпуклы; большой, в общем несколько выдающейся околососковый кружок с кругловатыми сосками. В талии туловище несколько уже, наоборот, в тазовой области — шире.

Ранке, у которого я заимствую это описание, приводит изображение этой девушки [Der Mensch, II, р. 364]; с первой (вышеупомянутой) девушки сделал прекрасный снимок Гюнтер (рис. 12).

И у нее имеется неупомянутая Вирховым прекрасная форма полушаровидных, хорошо развитых грудей; удивительно красиво у нее строение руки: второй палец длиннее четвертого, пятый поразительно мал, все пальцы ровны и заканчиваются остроконечно.

Сравним с ней тело молодой австралийской женщины

(рис. 13), которая под влиянием нужды и труда, а главным образом под влиянием кормления детей утратила отчасти свою юношескую прелесть. Единственным ее украшением является тонкая ленточка вокруг бедер, решительно ничего не закрывающая, и простая ленточка на шее; груди, и именно правая, отвислы и сильно вытянуты, вымеобразны; в лице резко выражен расовый характер, широкий короткий нос, сильно выдающиеся бровные дуги и вздутые губы. В остальном и это тело обнаруживает разнообразные красоты, стройные, длинные, даже скорее слишком длинные конечности обнаруживают прекрасно развитую мускулатуру и придают всей фигуре элегантное, приятное выражение. Средина тела приходится на промежность и соответствует, следовательно, идеальному требованию. Несмотря на это высота тела достигает лишь 6,8 высоты головы. Бедра, красиво округленные, несмотря на общую худощавость, живот, сохранивший свою естественную, девственную форму, несмотря на предшествовавшие роды, затем крепкие, шиpoкие плечи, нежные сочленения, отсутствие растительности на теле и добродушное, робкое выраженье лица —таковы особые достоинства. Наоборот, незначительная ширина таза по отношение к плечам и слабое развитие грудных мышц служат признаками низшей расы.

Вирхов говорит, что знакомые ему австралийские женщины умеют «грациозно держать голову, придать грациозное положение туловищу и членам, двигаться так, словно они прошли школу лучшего европейского общества». С этим вполне согласуется приятная, естественная, непринужденная осанка нагой молодой женщины.

В общем австралийская женщина обладает массой физических достоинств, из коих особого упоминания заслуживает нужное строение конечностей.

Главными признаками, в коих выражается ее подчинение средиземной женщине, являются: сравнительная величина головы, именно лица; ширина лица с неуклюжим носом и вздутыми губами, незначительное развитие таза в ширину; следовательно, по преимуществу слишком слабое развитие вторичных женских половых признаков.

Что негритянки очень близки к австралиянкам, в этом я вполне соглашаюсь с Фричем и Пешелем. Типы, обнародованные Майером [Studien und Beobachtungen aus der Sudsee. Vieweg, Braunschweig. 1889, p. 303] и Хатчинсоном, обнаруживают массу сходства, хотя, надо полагать, среди них имеется очень много метаморфной, именно малайской крови. И Андаманы, по-видимому, относятся к той же pacе.


2. Папуасы и меланезийцы

При рассматривании распространенных за последнее время фотографических снимков папуасок и меланезеянок получается такое впечатление, словно выраженный расовый характер папуасок все больше и больше смывается по мере скопления соленой воды между Новой Гвинеей и окружающими островами. Не только среди живущих у крайнего востока жительниц островов Фиджи, но даже на близких Адмиралтейских островах находится очень мало настоящей папуасской крови. Так что, по моему мнению, на большей части Меланезийских островов имеются очень сильно метаморфные племена средиземной и монгольской смешанной крови — племена, которые только через посредство папуасской крови, сохраняющейся в них как неотъемлемая составная часть, могут лишь очень слабо быть соединены в одно целое.

Имеющиеся в моем распоряжении фотографии жительниц острова Фиджи и изготовленная Паркинсоном прекрасная фотография девушки из Адмиралтейских островов гораздо скорее должны быть отнесены к большой смешанной группе Океанийцев.

Первоначально папуасское население до такой степени смешалось с присоединившимися впоследствии элементами, что оно не может служить образцом чистого расового характера.

Поэтому, чтобы, так сказать, воздать должное папуасу, мы должны довольствоваться Новой Гвинеей и ближайшими частями в окружности ее.

И здесь опять-таки Вирхов, исследовав папуасскую девушку Кандазе [Ср. Ranke, Der Mensch, II, р. 369, с фотографическим снимком С. Gunter’a], дал о ней весьма благоприятный отзыв. Вирхов рассматривает девушку «совсем не как низший тип, и именно отношение отдельных частей конечностей к туловищу и отдельных частей конечностей между собою соответствует отношениям высших рас». Кандазе ростом 158 см, у нее красивая рука и красивая нога; у той и другой (особенно у ноги) белые ногти. Нога хорошо сформирована, равна 6,4 общей длины тела, оттенок кожи поразительно светлый, груди — европейского строения, волосы несколько вьются. И только широкий сплюснутый нос, сильно выдающиеся челюсти и вздутые губы являются признаками низшей расы. По описанию Вирхова Кандазе служить наглядным доказательством того, что природа, как мы выше сказали, дает законченное тело задолго до того, как она приложит свой облагораживающий резец к чертам лица. По-видимому, Кандазе действительно была особенно красивым образцом своей расы. В прекрасном Хагеновском атласе восточно-азиатских и меланезийских народов2 попадается масса по большей части малорослых, несколько неуклюжих фигур, а среди женщин нет ни одной с европейски сформированной грудью: у всех, даже у двух восемнадцатилетних девушек, груди вымеобразны.


3. Ведды и дравиды

Между веддами и дравидами существует совершенно такое же отношение, как и между папуасами и меланезийцами. Дравиды передней Индии до того пропитаны средиземной кровью, что едва ли тут еще можно говорить о чисто протоморфной расе, тогда как родственные им ведды еще сохранили первоначальный характер в более чистом виде [Ср. Peschel. Volkerkinde, 7 Auflage, 1897. р. 483].

Насчет веддов братья Заразин написали образцовое сочинение [Die Vedda auf Ceylon, von Paul und Fritz Sarrasin, Basel]. Как и все исследователи, которые ближе знакомятся с дикарями, они весьма благосклонно отозвались о небольших туземцах Цейлона, число коих понизилось теперь до 8 тысяч. В музее Коломбо имеются две восковые фигуры, сделанные в высшей степени тщательно и верно. Я имел случай видеть их несколько лет тому назад. Строение тела у женщин чрезвычайно изящное и равноменое, а большие мечтательные глаза глядят так грустно, словно они знают, что дни их существования на земле сочтены.

Рост женщин у веддов редко превосходит 140 см. Хотя они и малы, но строение их в сущности не напоминает строение карликов; напротив, они скорее смотрятся миниатюрными созданиями какого-то надменного рода.


4. Аиносы

Облагороженные сыны смотрят по большей части презрительно на своих буржуазных родителей и предков, хотя они и владеют их естественно-историческим наследством. В многочисленных каррикатурах японцы осмеяли первых жителей их страны, аиносов, хотя, по-видимому, добрая часть аиносской крови течет в жилах современных японцев. Конечно, потомки обладают резкими отличительными чертами, и культурные блага, приобретенные японским племенем, поднимают его бесконечно высоко над простыми туземцами, которые находятся еще почти в диком состоянии.

В сущности аиносы не очень-то разнятся по своему строение от японцев низших слоев народа и имеют решительно монгольское выражение. Единственным физическим признаком, отличающим их от всех монголов в окружности, является крайне сильная растительность волос на теле у мужчин, очень большие бороды. Одним из самых излюбленных японских мотивов является женщина из племени аино, кормящая медвежонка; при этом изображается полуобнаженная аиноска с чрезвычайно сильным развитием волос в подмышечной области и в области половых органов, да к тому еще с волосатыми ногами. Что женщины и девушки племени аино не видят ничего отвратительного в этой роскошной растительности волос, доказывается тем обстоятельством, что они еще стараются усилить естественное украшение путем темной татуировки некоторых мест, оставшихся лысыми. Обе девушки из племени аино (рис. 14), по японскому фотографическому снимку, обнаруживают татуированные усы, идущее вокруг верхней и нижней губы и достигающие иногда до ушей. У этих обоих девушек монгольский тип очень сильно выражен в лице; у обоих монгольские складки также ясно выражены, как и очень сильное развитие верхней челюсти и скуловых костей. Рост равен 6,8 высотам головы. Руки и особенно ноги малы и коротки. Насчет остального тела нельзя сказать ничего ни хорошего, ни плохого; но, по-видимому, ноги у обеих девушек изогнуты наружу — недостаток, который именно у женщины крайне неприятен.

Мало вероятно, чтобы племя аино, каковым оно является теперь, представляло собою чистую протоморфную pacy; оно, как видно, слишком восприняло монгольские элементы.


5. Племя коикоин

Густав Фрич наглядным образом доказал [Die Buschmannar als Urrasse. Zeitschrift fur Ethimologie, 1880], что племя коикоин, готтентоты и бушмены отнюдь не негры, а самостоятельная, вполне охарактеризованная протоморфная paсa. Быть может, готтентоты восприняли несколько негритянской крови, но бушмены сохранили тип в чистом виде. Это позднее научное признание не принесет им, конечно, никакой пользы, так так их существование, по-видимому, недолго еще продлится.

Племя коикоин считали малорослым, безобразным и обезьяноподобным [Barrow und Knox]. Сивингстоун [Missionsreisen], и Фрич горячо вступились за них; последний на основании тщательных измерений определил даже, что их рост равен не 130, а 144 см. Хотя они действительно не очень велики и не очень красивы, но о них все же нельзя сказать, что они наподобие других неизвестных племен долгое время служили связующим звеном между человеком и обезьяной.

Подобно другим протоморфным расам бушменки обнаруживают часто очень красивые формы тела и только в лице характерные признаки ниже стоящих рас. Если, с одной стороны, пожилые бушменки с отвислыми грудями и сильно выраженной steatopygia, с искусственно развитым готтентотским передником и морщинистой кожей, с грязной корой, годами не удаляемой с тела вследствие присущей им водобоязни, если, говорим мы, такие бушменки могут в корне уничтожить красоту женского пола, то, с другой стороны, там встречаются молодые девушки, которые отличаются прекрасным строением тела и которые заставляют нас даже забыть о безобразном на наш взгляд лице.


6. Американские племена

Что американские племена, как раса, приближаются к медленной, но верной гибели, это мы можем предсказать с достаточной верностью. Чтo из них выйдет, мы знаем, но как они появились, этого мы, вероятно, никогда не узнаем.

Прежде всего можно установить, что по всей Америке от Огненной земли до Крайнего Севера господствует общий тип. Хотя этот тип разнообразен, но у него все же такая масса общих особенностей, такая масса общих переходов, что в единстве этой расы невозможно сомневаться.

Как произошло, однако, это население? Вирхов находил в нем монгольские отголоски, Мартин и Серджи [Ср. Ranke, Der Mensch, II, р. 354] — европейские, Пешель [Volkerkunde. 7 Auflage. 1897, p. 336] причислил даже американцев вместе с малайскими полинезийцами к монголам, тогда как  Фрич [Geographie und Anthropologie als Bundesgenossen etc.] считает их четвертой расой, равной трем протоморфным расам.

Громадная разница взглядов авторитетных исследователей указывает уже на то, как трудно разрешить этот вопрос. И действительно, при желании можно у жителей Америки найти отголоски как европейские, так и монгольские. В концe концов можно прийти к известному анализу Полины в «Нищем Студенте»: нос у нее греческо-римский, блестящие глаза — испанки, прекрасный рот — славянобогемский, чудный подбородок — венский и т. д.

Или быть может американское племя — самое древнее и путем переселения отчасти в Европу, отчасти в Aзию; оно стало общим родоначальников обеих ныне господствутощих главных рас? И эта гипотеза может казаться вероятной, но она все же остается такой же гипотезой, как и всe другие. Поэтому лучше всего оставить этот вопрос и признаться в одном: ignorabimus.

Рассматриваемые как самостоятельное целое, американские племена в общем образуют хорошо охарактеризованную, весьма разветвленную расу, отдельные члены коей живут еще отчасти в каменном веке, тогда как другие привели к высоко развитой культуре, давно уже превращенной в ничто неумолимой судьбой.

У этой расы мы находим черты упомянутых протоморфных рас в более совершенной, облагороженной форме, и не только тело, но даже лицо постепенно получает все болеe и более чистые формы, достигая до степени законченной красоты.

Не вдаваясь в дальнейшее подразделение различных племен, выработанное исторически и лингвистически, мы ограничимся лишь тем, что вкратце рассмотрим здесь отдельных представительниц этой наивысшей из протоморфных рас.

Рисунки, изображающие женщин Огненной земли, мы заимствовали из прекрасного произведения Хайда и Деникера [Mission scientifique du Cap Horn. 1883-83]. Рис. 14-й изображает двух молодых девиц в их «полном национальном облачении».

Население Огненной земли и племя Peschera представляют собою народ, который живет исключительно животной пищей и бродит почти нагой по своему холодному, неприступному острову в дождь и ветер, по снегу и по льду.

Вирхов, которому удалось исследовать в Берлине некоторых жителей Огненной земли, был поражен тем, что при почти невероятной для большинства людей закаленности кожа оказалась на ощупь необыкновенно нежной, мягкой и постоянно теплой. Отсюда он заключил, что питание поверхности тела должно быть у этих людей особенно хорошее.

Приведенные на рис. 15 девушки обнаруживают несколько принужденные, но все же приятные формы. В высоте тела, равной 145 до 150 см, высота головы содержится около семи раз, середина тела находится на высоте срамной щели. Лицо в общем широкое, с широким носом и толстыми, большими губами протоморфов, но в очень смягченной форме. Внутренние углы глаз далеко отстоять друг от друга, глазная щель узка. Груди прикреплены довольно высоко, они круглы и сильно развиты.

Конечности, как и тело, коротки, массивны и обнаруживают округлость форм скорее благодаря жиру, чем хорошо развитой мускулатуре. Направление оси рук и ног совершенно прямое, что можно ясно видеть именно у Камана (рис. 14). Руки и ноги, хотя и широки, но они поразительно красивы и отлично сформированы, как у большинства индианок.

По Хайду и Деникеру, цвет кожи отличается слегка красновато-желтобурым оттенком; волосы гладкие, блестяще черные, длиною в среднем около 40 см. Растительность волос на теле по большей части совершенно отсутствует; редко встречаются лобковые волосы.

Очень похожи на жительниц Огненной земли женщины ботокудов. Д-р Эренрейх [Die Botokuden vom Rio Pancas. Zeitschrift fur Ethnologie 1887] любезно предоставил нам сделанный им фотографический снимок (рис. 15). Это — одно из тех немногих племен, у коих женщины ходят еще совершенно нагими. Изображенные здесь женщины не носят и того покрова половых частей, который в обычае даже у ботокудов.

Высота тела простирается от 6,2 до 6,4 высоты головы, средина находится сравнительно высоко, ноги, а также и руки слишком коротки по сравнению с длиною туловища. Живот, оказывающийся по большей части сильно вздутым, не может, конечно, служить украшением для этих женщин. Помимо того все четыре женщины и даже стоящая молодая девушка (вторая слева) обнаруживают ясно выраженные вымеобразные груди.

Если они в этом отношении решительно уступают женщинам Огненной земли, то oни в свою очередь обладают такими достоинствами, которые у тех выражены менее рельефно. Нос значительно уже и сильнее выдается вперед, благодаря чему скрадывается ширина лица. Растительность волос на теле совершенно отсутствует, а руки и ноги не только очень малы, но также узки и красиво сформированы.

Еще больше красивое строение обнаруживают две молодые женщины Kapaйя (рис. 16); фотографические снимки с них также сделаны Эренрейхом [Cp. Beitrage zur Volkerkunde Brasiliens. Dr. P. Ehrenreich. Veroffentl. aus dem kgl. ethnogr. Museum, Berlin, II. 1, 2. 1891].

Карайя представляют до известной степени конечную стадию развития, в коем американский тип превосходит общий тип протоморфных рас.

И женщина, и девушка носят обычные у женщин Карайя лубковые повязки, передний конец коих свешивается обыкновенно свободно вниз; здесь же повязки туго стянулись меж ног, потому что изображенный женщины только что встали с земли.

Выше мы уже видели, чти девушка Карайя обладает совершенно нормальными размерами.

B остальном Эренрейх так описывает Карайя.

Отсутствие надбровных бугров делает лицо как бы открытым. Поразительно малый и слегка косой разрез глаз не придает в сущности лицу ни малейшего монгольского выражения ввиду очень сильно выдающегося вперед носа. Нос простирается далеко книзу; спинка носа узка, сильно выпукла и с несколько свешивающимся концом; крылья носа по большей части несколько вздернуты, так что круглые ноздри кажутся направленными кпереди.

Женщины значительно уступают мужчинам по величине, но они сложены очень пропорционально. В юности их формы склонны несколько к полноте.

Необыкновенно красивые руки и ноги и безупречная форма груди присущи почти всем молодым индивидуумам. Но, как и все индианки, oни слишком рано утрачивают свою прелесть, иногда вследствие кормления.

Настоящий цвет кожи, светлый желто-коричневый оттенок, сменяется темным медно-красным цветом вследствие постоянного пребывания под палящими лучами солнца; и только на той части тела, которая постоянно прикрыта, сохраняется еще отчасти натуральный цвет. Да и здесь последний трудно определить ввиду слишком распространенной у них татуировки.

Прекрасная, не татуированная девушка на рис. 17 является наглядным подтверждением слов Эренрейхa. Строение тела необычайно красивое, особенно красива естественно сформированная талия; таз, несмотря на это, лишь умеренно широк.

Здесь мы имеем пред собою выраженный американский расовый тип, каким он по всему континенту распространен во всех своих видоизменениях. Мы находим его у индейских племен севера, как и в средней Америки.

Рис. 18 изображает двух мексиканских индианок, мать и дочь. Последняя славится у себя на родине красавицей и считается превосходной наездницей. Насколько можно судить об этом по изображению в одежде, она вполне заслуженно пользуется такой славой. Прямая, гордая осанка, правильное, резко очерченное лицо с открытым, смелым взглядом, прекрасно сформированные руки, вполне соответствуют американскому расовому идеалу.

Дальнейшим примером высокоразвитой женской красоты является молодая арауканиянка (pиc. 19). И она считается красавицей на родине. Ее черты, пожалуй, еще правильнее, во всяком случае моложавее, нежнее, чем у мексиканки, руки и ноги отлично сформированы u очень малы. Общая высота тела равна 7,4 высотам головы. Так как о формах тела можно судить здесь по расположению складок ее одежды, то не трудно определить размеры: они совершенно нормальны. Помимо красивых форм арауканиянка отличается от прочих индейских племен особенно светлой и нежной кожей, так что и в этом отношении она довольно близко стоит к белой расе.

Обе эти девушки обнаруживают такую красоту черт лица, которая удовлетворяет даже высшим требованием. Руки u в особенности необезображенные, нагие, красивые ноги у арауканиянки служат наглядным доказательством того, что и остальные части тела красивы. Расовый тип стал здесь расовой красотой.

Американскими племенами заканчивается ряд протоморфных рас. Мы видим, как из низкого расового типа сначала медленно, а затем все более и более развиваются физические достоинства, как женская красота постепенно, но беспрерывно прогрессирует, чтобы под конец явиться во всем своем блеске и в таком совершенстве, какое лишь редко достигается даже архиморфными расами. И если мы будем справедливы, то мы должны сознаться, что разница между этими дикими племенами и господствующей белой расой давно уже не так велика, как мы в своей кичливости воображаем.

То здесь, то там творческой природе нравится проявить свое художество, чтобы привести прочие существа в восторг, и она радуется, не справляясь с тем, поступила ли она согласно господствующим теориям.

Мы до сих пор рассматривали по преимуществу физические достоинства, которыми в большей или меньшей степени наделены девушки и женщины низших рас.

Как видно из приведенных рисунков, последние не украшают себя ни особыми нарядами, ни даже простой одеждой. Примитивный костюм, какой носят все женщины диких племен, пока они не пришли в более или менее близкое соприкосновение с европеянками, очень мало, а то и совсем не скрывает прелестей женского тела — прелестей, которые, тем не менее, сознаются самими женщинами так же мало, как и мужчинами их племени.

Ложь окутанного тела, маскирование достоинств, которыми природа не наделила, совершенно незнакомы простым неиспорченным женщинам протоморфов, и искусственный покров играет здесь гораздо менее важную роль, чем у выше развитых народов.

Окинем еще мимолетным взором скромный будуар в котором эти красавицы готовятся к борьбе за существование, к охoте на мужчин. Важнейшим косметическим средством, применяемым часто с величайшим искусством, является татуировка и разрисовывание тела. У женщин с темной кожей, как у австралиянок и папуасок, прибегают еще к косметическим рубцам, чтобы повысить привлекательность. Шейные ленты, кольца, браслеты, скромные пояса с подвешенными перьями и тому подобные украшения составляют гардероб. Уши также украшают в изобилии серьгами, и для этой цели их не только прокалывают, но и вытягивают различным образом в длину.

В качестве характерной черты надо, однако, упомянуть о том, что именно у племен с широкими носами (у папуасов, южно-американцев) в моде носить носовые кольца. Это подтверждает, что и здесь расовый характер не считается безобразным, и его, наоборот, стараются еще искусственно усилить и выделить.

«Varium et mutabile semper femina», но в одном все женщины равны и постоянны: в страсти к украшениям. И за это мы можем быть только благодарны, ибо нет ничего отвратительнее женщины, которая равнодушна к своей внешности. С кольцом ли в носу или с шляпой из перьев, с деревянным ли браслетом или с бриллиантовой брошью, женщина всегда остается украшением мира, и «когда роза украшает самое себя, она одновременно украшает и сад!»


Назад к Оглавлению

Внимание! Мнение автора сайта не всегда совпадает с мнением авторов публикуемых материалов!


Наверх

 




Индекс цитирования - Велесова Слобода Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика