Народ. Среда. Характер


Сергей Марочкин



Отбор на неформальное соответствие

Рассматривая вопрос о роли вмещающего ландшафта и порожденного им образа жизни и особенностей исторического развития как основы стереотипов доведения, мировосприятия и самоощущения этноса и его взаимоотношений с другими этносами, необходимо от этнологии и исторической географии обратиться к смежной дисциплине - популяционной биологии.

Определение биологического вида включает, во-первых, общность морфологии и биохимии, во-вторых, общность географии, экологии и этологии. При этом география - ареал, территория проживания вида, экология - место вида в системе природных связей, пищевых и поведенческих цепей, его роль в борьбе за жизненное пространство и в симбиозах с другими видами, этология - инстинктивные и воспитываемые системы поведения, обеспечивающие выживание вида, есть аргумент - независимые переменные, функцией от которого являются морфология - фенотип, физическое строение представителя вида и биохимия - генотип, химический язык, на котором записано физическое строение. Любая система ведет отбор на неформальное соответствие, и внешние факторы - география, экология, этология - определяют, через систему естественного отбора, наивыгоднейшие характеристики морфологии и биохимии (фенотипа и генотипа).

Очевидно, что такое же соотношение между условиями жизни, аргументом, и качествами организма, функцией, существует не только для вида, но и для подвида (породы), и для популяции (множества особей, вероятность брачных контактов внутри которого намного более высока, чем за его пределами).

Биологический вид человека разумного видимо, включает два подвида (надрасы) - западный и восточный. Западная надраса включает не меньше, чем четыре большие расы (породы): европеоидную, негроидную, австролоидную и койсанскую; восточная надраса - не менее, чем две: монголоидную и американоидную.

Этнос (народ) есть общность по происхождению географическая, а по способу существования культурологическая и социально-психологическая. К этносу принадлежат люди, связанные общностью происхождения и исторической судьбы и осознающие эту общность. Важнейший признак этноса - осознание его членами принадлежности к данному этносу, подкрепленное общностью языка и религии.

Этнос - множество более широкое, чем популяция. Ступенями популяций можно считать множества жителей волости, города, племенной земли, исторической области. Популяция в традиционном обществе - это племенная земля, территория союза племен (поляне, древляне, вятичи, кривичи, франки, роты, лангобарды, чечены, ингуши…). Численность популяции могла составлять несколько десятков тысяч человек. Союз племен, населяющий племенную землю, и образующий популяцию, делился на племена (шотландские кланы или чеченские тейпы), численностью в несколько тысяч человек. Так, современные чечены численностью в 1959 г. в 450 тыс. а в 1989 г. в 960 тыс. человек, делятся на 180 тейпов (племен). Племя (клан, тейп) делится на родовые общины в несколько сот человек. Численность рода близка к численности населения волости - сельской общины или городской слободы, объединенной вокруг погоста - церковного прихода. Вообще, любая общественная структура есть система соподчиненных социально-психологических множеств.

Существуют различные концепции развития общества, основанные на разных исходных признаках. Например, концепция социально-экономических формаций, рассматривающая развитие общества с точки зрения развития производительных сил и производственных отношений, наиболее полное развитие получившая в марксистском учении; геополитическая концепция, пропагандистом и популяризатором которой является А.Г.Дугин; цивилизационная, рассматривающая общество как совокупность региональных великих культур (суперэтносов), изложенная в работах Данилевского и Тойнби; цивилизационно-этнологическая школа Л.Н. Гумилева, дополняющая цивилизационную концепцию циклами этногенеза - биоритмами развития народов (этносов). Все эти концепции не просто имеют право на существование, но дополняют друг друга, ибо рассматривают разные признаки целого, которые можно представить как разные координатные оси.

Мы остановимся на рассмотрении этноса как явления физико-географического и биологического.

Как показал основоположник концептуальной этнологии Л.Н.Гумилев, любой этнос формируется на вмещающем ландшафте. Подобно тому, как любая биологическая система формируется под воздействием среды обитания, особенности вмещающего ландшафта определяют и предпочтительный отбор особей, наиболее пригодных для данной природной среды, и этнические стереотипы поведения, мировосприятия и самоощущения, передаваемые воспитанием.

Кроме работ Л.Д. Гумилева, сформулировавшего понятия этноса, суперэтноса, циклов этногенеза, вмещающего ландшафта, по рассматриваемой теме необходимо обратить внимание на труды превосходного знатока русской экономической истории Л.В. Милова, исследовавшего роль природных факторов в развитии нашего сельского хозяйства и связанных с ним общественных отношений. Из популярных работ, сжато излагающих роль природного фактора в развитии общества и становлении русского национального характера следует отметить книги "Наука управлять людьми. Изложение для каждого" Ю.И.Мухина и "История боевых искусств. Россия и ее соседи" под редакцией Г.К. Панченко.


В зоне постоянного форс-мажора

Отдаленными предками русского народа были трипольцы, арьи, скифы, сарматы, руги, венеды, кельты; непосредственными предками - восточные славяне, ославяненные скандинавы, болты и угро-финны, обрусевшие тюрки и иные ордынцы. Вмещающий ландшафт, в котором сформировался русский народ и обусловленные им этнические стереотипы значительно отличаются от обстоятельств жизни наших предшественников, народов плодородных лесостепей и смешанных лесов.

Современный русский этнос, состоящий из субэтносов великороссов, малороссов, белорусов, поморов, сибиряков, казачества, сформировался при наихудшем соотношении сил между русским земледельческим населением и Великой Степью, когда земледельцы были оттеснены далеко на северо-восток, за темные хвойные леса, в зону, наименее пригодную для земледелия, а более пригодная для жизни лесостепь была дотла разорена ордынцами, превратившись в Дикое Поле.

Граница между земледельческой лесостепью и кочевой Великой Степью на протяжении тысячелетий пульсировала, изменяясь в зависимости от увлажнения степи, состояния духа и организованности земледельцев и кочевников. Школа Л.Н. Гумилева недооценивает военные возможности степняков в противостоянии с оседлыми народами: у кочевников несоизмеримо меньше, иногда на два порядка, плотность и, соответственно, численность населения, а у оседлых земледельцев выше качество металлообработки и государственная организация. Зато у кочевников гораздо выше норма мобилизации: у оседлых народов 1,5% населения (дружина), у кочевников до 30% (народ-войско); у дружинников оседлых народов лучше вооружение, но кочевники - прирожденные наездники и конные лучники - подвижнее; организованность и у оседлых, и у кочевников колебалась в зависимости от состояния духа народа и личных качеств предводителей.

Ю.И.Мухин убедительно доказал, что кочевники, совершив набег на земледельцев, пограбив и угнав полон, применяли "стратегическую оборонную инициативу": поджигали за собой степь, трава выгорала и ответный рейд земледельческих князей приходилось откладывать по крайней мере на год (зимний рейд вглубь степи тем более невозможен из-за отсутствия подножного корма для коней дружинников).

Ответные рейды против кочевников были нелегким делом даже для хорошо организованных армий централизованных земледельческих государств. Хунны успешно противостояли Китаю и били римлян вместе с их германскими союзниками. Скифы, чье имя стало нарицательным для "стратегии измора" - "скифской войны" - одолели персидского царя Дария I. В XI - XII вв. половцы на равных борются с коалициями всех крупнейших русских князей - в "Слове о полку Игореве" описано поражение дружин большого удельного княжества. На Калке погибла большая часть дружин всей Руси, имевших в союзниках всех половцев. Не только в XI, но и в XV в. кочевники сжигали Москву, и даже в конце XVII в. потерпели поражение крымские походы Василия Голицина.

Итак, русский этнос сформировался в эпоху наибольшего натиска степняков-кочевников, когда оседлые земледельцы были оттеснены далеко на север, в области, малопригодные для земледелия. Основной природный и внешнеполитический фактор, определивший черты русского народа: Россия - это страна хронического форс-мажора. Это сочетание обширных, но малопригодных для жизни лесных земель, подверженных постоянным заморозкам и засухам, и напряженной границы, не имеющей естественных преград, уязвимой для постоянных вторжений. Из века в век у нас каждый третий год - неурожайный, а каждый второй год – военный.

Природный фактор, определяющий особенность вмещающего ландшафта русского народа – климат, резко ограничивающий возможности сельского хозяйства.

Современные США и Канада примерно равны по территории, но население США в десять раз больше. Граница США и Канады проходит на широте Харькова и Царицына, их зерновой, пшеничный и кукурузный пояс по температуре и качеству почвы соответствует нашей черноземной степи и лесостепи, но увлажнение и отсутствие заморозков гораздо благоприятнее.

Аляска, южное побережье которой находится на широте Санкт-Петербурга, по площади в три раза больше Франции, а население в сто раз меньше. Нам было трудно удержать Аляску, так как она непригодна для жизни вообще.

В Англии в феврале теплее, чем в Москве в ноябре. До Швеции и Финляндии доходит дыхание Гольфстрима, но и в них плотность населения на порядок меньше, чем во Франции, а Швеция издревле закупала зерно в России.

Для производства равной сельхозпродукции мы должны затратить гораздо больше совокупного труда за вдвое меньшее время, ибо у нас сельскохозяйственный сезон пять месяцев, а во всех других странах с развитым сельским хозяйством не меньше восьми, а то и десяти. Добавьте потребность в теплой одежде, теплом и отапливаемом жилище.

Русский трудовой биоритм - это биоритм сверхнапряжения, авральности, но в отличие от русского медведя, который полгода лежит в берлоге и сосет лапу, русскому мужику некогда лежать на печи: надо рубить дрова и кормить скотину, а при хронической нехватке сельхозпродукции русский мужик зимой занимался кустарным ремеслом или ходил на заработки в города.

Качества русского человека как работника - это крайняя неприхотливость при исключительной выносливости. Хотя русская работоспособность, в первую очередь аккордная, авральная, и между периодами трудового сверхнапряжения после коротких праздников, русский вынужден постоянно трудиться.

Условием выживания этноса, способного создать мощное государство в зоне постоянного форс-мажора, является готовность каждого человека к самоотверженной бескорыстной взаимопомощи, Конечно, русская община никогда не была "товариществом по совместной обработке земли", крестьянская община, в отличие от монастырской, никогда не была прообразом колхоза или коммуны. Типичным русским поселением был хутор от одного до десяти дворов, но община была средством взаимопомощи в чрезвычайных обстоятельствах. Необходимость выживания при хронической нехватке жизненных средств рождала обостренное чувство справедливости, равноправия, совестливости. Община была инструментом решения бытовых и хозяйственных споров на основе равенства и справедливости.

Внешнеполитический фактор, определяющий среду обитания русского народа - это постоянная угроза нашествий. Чем более благоприятна для жизни территория - тем уязвимее она для вторжений. С севера - для шведов, с северо-запада - для немцев и их эстонских и латышских холопов, с запада - для польско-литовских панов, с юга, где земли наиболее благоприятны для земледелия - для степняков, особенно для крымских татар (вспомним, что Мамай был крымским ханом), за которыми с IX в. стоит Турция.

Русские, подобно римлянам, были способны принимать как братьев даже недавних врагов. Главным критерием были годность и верность, тем более, что для освоения и защиты нашей страны всегда требовались люди, особенно квалифицированные и доблестные.

Русь, Великие князья Московские, начиная с Благоверного Даниила Александровича, продолжавшего дело своего великого отца Александра Невского, собирала людей. Русская верность была сродни римской: сам погибай, а товарища выручай - это было условием выживания этноса, особенно при постоянной нехватке как припасов, так и людей. Русские, как и римляне, не предавали. Русские уживчивы, доброжелательны, превосходные союзники, это стало предпосылкой становления русских как Имперского этноса.

Русская Империя с самого начала имела неэксплуатационный характер: из-за очень плохих природных условий, дававших минимум прибавочного продукта, нехватки людей и постоянной угрозе вторжений извне, русские стремились не жить за счет других, но требовали лишь верности и надежного контроля над территорией. Русские приходили не как господа, требовавшие холопов, но как друзья и союзники, даже крепостное право в областях с нерусским населением было отменено раньше, чем в чисто русских.

Потребность в хозяйственной помощи в условиях хронического недорода и координация усилий всего народа для обороны при постоянной угрозе извне - часто одновременно с разных сторон - требовало сильной власти, совместного служения власти и народа. Во всех слоях русского народа развилась способность к сверхнапряжению - к работе до смерти, способность к общественной самоорганизации.

Трудоголизм, когда человек не может сидеть без полезного дела, присущ русским не меньше, чем немцам или японцам. Особенно это характерно для русских женщин. Если Лев Аннинский или Леонид Абалкин утверждают, что-де "русские - плохие работники", то пусть посмотрят на русскую бабу. Русские - народ сильных женщин. Слишком велика роль русской женщины в семейной экономике и слишком часто женщине приходилось “поднимать” детей после гибели мужа погибшего от непосильного труда или на войне.

Русский народ по вмещающему ландшафту - народ сельский. Даже русские города, в отличие от западноевропейских или среднеазиатских, - "большие деревни". На Западе такие города называют "город-сад".

Пока русские жили в своих домах, на вмещающем ландшафте, рождаемость у русских была выше, чем у китайцев, чечен иди таджиков и не ниже, чем сейчас в Афганистане или Черной Африке. Десять человек детей - норма в старой русской деревне, а в урбанистической среде русские не размножаются, ибо это чуждый для русских вмещающий ландшафт.


Русские типы

Л.Н. Гумилев, обращая внимание на разнообразие народов, населяющих Русскую Империю, сравнил их с типами мушкетеров у Дюма: Атос из Иль де Франса, Портос - нормандец, Арамис - провансалец, д’Артаньян – гасконец. Различия между этими персонажами таковы, что не меньшими различиями были бы Атос был остзейским немцем, Портос - сибиряком, Арамис - малороссом, д'Артаньян - кавказцем. Качества субэтносов, входящих в этнос, особенно в такой, как русский, столь же разнообразны как и природные условия, вмещающий ландшафт субэтносов.

Среди субэтносов русского народа выделяются малороссы, белорусы, великороссы, поморы, сибиряки, казачество.

Малороссия - это Россия в узком смысле слова. Киевская, Черниговская, Переяславская земля. Киев - мать городов русских (а не каких-то там "украинских"). Это лесостепь и зона лиственных лесов с климатом, наиболее мягким на всей русской земле, сопоставимым с зерновым поясом Северной Америки. Это земля, воспетая Гоголем, - земля с мягким, веселым, ироничным народом. Она наиболее уязвима для набегов степняков и требует наибольших усилий для обороны.

В ХIII - XVI веках эти усилия были для нас непосильными, и Малороссия, исконная Русь, постоянно разоряемая крымскими татарами, запустела, а в ХVII - XIX веках лесостепь и причерноморские степи осваивались заново. Земли Малороссии много раз переходили из рук в руки, защита сильной русской власти появилась здесь поздно, лишь в конце ХVП в. И по природным, и по историческим условиям у малороссов в наименьшей степени, в сравнении с другими русскими, развита способность к авральному сверхнапряжению, к самоотверженному бескорыстному служению обществу и государству.

Так как в Малороссии государства часто или не было вообще, или оно было чужим (польской, например, оккупацией), то малороссы относились к власти отстраненно, у них наблюдается слабый государственнический инстинкт. Поэтому малороссы вошли в русское государство в первую очередь по культурно-религиозному, а не гражданско-политическому влечению. Русская Империя была для них защитницей Православия. Малороссы менее склонны были драться насмерть за принадлежность к русскому государству, но и попытки создания "самостийной" государственности всегда оказывались несостоятельными, никогда не получая стойкой поддержки народа.

Следует отличать православных русских малороссов от собственно украинцев, униатов (греко-католиков), именуемых "западенцами". Это разные этносы, разница между которыми не меньше, чем между сербами и хорватами, тогда как отличия между великороссами, малороссами и белорусами - субэтносами русского народа - не больше, чем между субэтносами немецкого народа - саксонцами, баварцами, пруссаками и австрийцами. Малороссы - часть русского народа, а украинские западенцы, живущие в предгорьях Карпат, - один из реликтов восточных славян, отрезанных от русского массива ордынским нашествием, оккупированных Польшей и воспитанных за 500 лет в ненависти к русским.

Собственно Украина, населенная униатами-западенцами - это две с половиной области: Львовская, Ивано-Франковская и западная половина Тернопольской (в русской, восточной половине Тернопольской области стоит твердыня православия - Почайская лавра). Эти земли не были возвращены в состав Русской Империи до середины ХII в. и именно на них усилиями Ватикана и Австрийского Генштаба был выпестован украинский шовинизм.

Тягчайшее преступление Советской власти перед русским народом состоит в том, что русские малороссы были приписаны к русофобам-украинцам, получившим статус "коренной нации".

В 1238 г. ордынское нашествие было остановлено под Смоленском. Земли, не платившие дани Орде, получили название Белой Руси, Белоруссии. Это земли с не самым суровым климатом, но с малоплодородными почвами - лес на болоте. Трудовой биоритм белорусов содержит меньше аккордного сверхнапряжения, чем у великороссов, он равномернее, с постоянным усердием в сельхозработах летом и в домашних ремеслах зимой. Белорусы - спокойные, сосредоточенные, надежные гармоники, народ смирный, но способный за себя постоять.

Особенность Белоруссии - "вымывание" наиболее активных людей.

Когда, спасаясь от Орды, Полоцкая земля попала под власть Литвы, русская национальная знать, аристократия, отъезжала либо в Великороссию, становясь московскими боярами и дворянами, либо ко двору польского короля, становясь панами и шляхтой Речи Посполитой. Под натиском католической агрессии в Московию уходили лучшие ремесленники и книжные люди, интеллектуалы. Самые легкие на подъем, предприимчивые крестьяне шли на заработки и оседали в великорусских городах.

К сожалению, Западная Белоруссия в немалой степени ополячена и окатоличена. Хотя католики, вроде Шушкевича, и униаты, вроде Алеся Адамовича, составляют 10 % населения Белоруссии, именно они создали немногочисленный, но шумный антирусский Народный фронт.

Великороссия - Россия в широком смысле слова, которая в доордынские времена именовавшаяся "Залесской Украиной". Это Нечерноземье с суровым, неустойчивым климатом, внезапными заморозками, засухами, неурожаями, где сельскому населению всегда приходилось заниматься ремеслом и отхожими промыслами.

Великороссия, Московия вынуждена была держать оборону на всех фронтах одновременно.

Крепостное право, сдерживающее хозяйственную инициативу крестьянства, появилось здесь как самый обычный способ содержания панцирной конницы - основы войска.

Великоросс вынослив, неприхотлив, способен обходиться минимумом жизненных благ. Он человек гибкий, легкий на подъем, способный к быстрой смене рода деятельности, к совместной организованной работе. В Великороссии наибольшая, среди всех русских, социальная подвижность населения наибольшие возможности для смены рода деятельности, повышения общественного положения. Именно здесь воспитались стереотипы общегосударственного служения, верности, сверхнапряженного труда. Великороссия была кузницей русской национальной элиты, воинов и интеллектуалов, честных купцов и усердных ремесленников.

Поморы и сибиряки - население районов с наиболее суровым климатом, с очаговым земледелием. Вмещающий ландшафт поморов больше пригоден для интенсивного скотоводства, а сибиряки - типичные лесовики, промышляющие охотой и собирательством. Поморы и сибиряки наиболее способны к систематическому упорному труду, у них и жилище под стать хозяевам - срубленное на века, с двором под общей крышей, бросающее вызов любой непогоде. Среди всех русских они наиболее степенные, основательные, хозяйственные, среди них больше всего старообрядцев - наиболее крепких, кондовых русских людей, никогда не знавших крепостного права.

Сибирская жизнь отбирала людей инициативных, самостоятельных, суровых, сдержанных. Такие люди за сто лет прошли и освоили всю Сибирь, выйдя к Великому океану и едва не удержались на Аляске и в Калифорнии.

Казачество - сословие хлебопашцев-воинов, жителей степного, предгорного и причерноморского пограничья, народные рыцари, герои Гоголя и Толстого. До своему хозяйственному укладу, вытекающему из вмещающего ландшафта, и складу характера, по своей независимости от власти казаки европейских степей ближе всего к малороссам. Дальневосточные казаки имеют общие черты с сибиряками, кавказские - с соседними горцами.

Казачество сформировалось из беглых, людей наиболее активных, среди которых было много пламенно-доблестных, верных и целеустремленных, но много и хаотичных, внушаемых, легковерных, легко меняющих политическую ориентацию. Казаки верно сражались с внешним врагом, но были охочи ко внутренним смутам, часто меняя сторону баррикады; казачья вольница была ведущей силой всех гражданских войн в России.

Казачьи войска - форпосты русского народа в борьбе за возвращение и освоение наиболее пригодных для жизни земель, русской реконкисты. Живущее на лучших землях, свободное от бремени податей, казачество было самой зажиточной частью русских землепашцев.

Для казаков, живущих в постоянной зоне конфликта, военные трудности были значительнее, чем природные. Воинское ремесло, сначала казакование, походы за добычей (казак - коллега викинга), потом служба, поприще общественного служения, воплощенное в образе защитника степной границы старого казака Ильи Муромца, для казаков важнее сельского хозяйства.


Отпор клеветникам

Русофобы и крипторусофобы обвиняют нас, русских, в том, что мы-де плохие работники, лентяи, пьяницы, разгильдяи, беспечные бесхозяйственные, неспособные к систематическому упорному труду, не способные сами, без помощи "немцев" или давления "сверху" создать промышленность, неспособные производить высококачественные продукты, особенно на продажу.

Нас обвиняют в пьянстве. Но само употребление водки появилось у нас на несколько веков позже, чем на Западе - лишь при Иване Грозном, в качестве наркотика для опричников, у которых не выдерживали нервы от постоянных казней. В XVII в. немцы в сравнении с русским ми пили "зело вельми".

В борьбу за мировое первенство по пьянству русские включились лишь после 1953 г. - в эпоху "развитого социализма", а достигнуто это первенство было лишь после 1991 г. в результате "революционной перестройки" и "демократических реформ".

В 1913 г. потребление алкоголя на душу населения было у нас вдвое меньше, чем в 1984 г. Так что пьянство не является для русских ни "национальной чертой", ни даже "глубокой исторической традицией". Распространение пьянства у нас можно сравнить со спаиванием аборигенов белыми колонизаторами. Или с современным распространением наркотиков.

Нас обвиняют в беспечности, разгильдяйстве, бесхозяйственности. Но перечитайте "Домострой", произведения Островского, Салтыкова-Щедрина. Аккордный, авральный характер русского хозяйства не мог не породить бережливости, стремления создать запасы на "черный день", а чувство справедливости, равенства, вело к организованному общественному самоуправлению внутри артели, слободы, сельской общины.

Посмотрите на наших пенсионеров, которых бессовестно ограбили Гайдар с Чубайсом. У всех пенсионеров де 1991 г. было накоплено по несколько тысяч брежневских рублей "на старость" и "на похороны" - несколько десятков среднемесячных пенсий.

Такими же рачительными хозяевами были и создатели русского государства - великие князья Московские, от Благоверного Даниила Александровича до великого Иоанна III, цари от Михаила Федоровича до Александра Ш. Такой была и наша национальная влита от Строгановых и Демидовых до Морозовых и Рябушинских.

И в советское время русские прекрасно организовывались "снизу" - от очередей за дефицитными товарами до первых кооперативов.

Не надо забывать, что до того, как "потерять" Россию, русские все же сумели ее создать: величайшую и богатейшую державу мира - в тяжелейших климатических условиях при непрерывном отражении внешней агрессии. При беспечности, разгильдяйстве и бесхозяйственности это было бы невозможно.

Нас обвиняют, что русские-де лентяи, плохие работники. Но в нашем климате только для того, чтобы выжить, необходимо работать до смерти. Образ Емели, лежащего на печи, за которого все делается само собой, "по щучьему велению" - не от лени, а от постоянного сверхнапряжения, от мечты об отдыхе, это реакция на труд от зари до зари.

Способны ли мы, русские, к упорному систематическому труду? Посмотрите на Новгород, где дороги из десятилетия в десятилетие, из века в век мостились десятками рядов деревянных мостовых, на русские города, каждое столетие по несколько раз выгоравшие до тла - и за пару лет отстраивавшиеся, и каждый раз строившиеся на века. Действительно, переход к массовому кирпичному строительству начался у нас в XVI – XVII веках, а на *аноде к каменному - с XV в. Но у нас мало природного камня, а на Западе он везде вод ногами, да и жить в нашем климате в деревянных домах здоровее, и дров для отопления надо меньше.

Примеры систематического упорного всего народа - хоть строительство засечных черт против агрессии крымских татар, хоть освоение всего за 100 лет малопригодной для жизни Сибири. Русские проявляли методическую целеустремленность при строительстве флота. Нам много раз приходилось возрождать флот на протяжении трехсот лет: из-за упущений начальства флот и прибрежные крепости и гавани либо приходили в упадок, либо устаревали. Но мы вновь и вновь возрождали флот, не менее девяти раз. Мы откатывались под натиском неприятеля, но всегда собирались с силами, отбрасывали врага, восстанавливали и расширяли наши границы и на западе, и на юге, и на Дальнем Востоке.

Это вселяет уверенность, что мы снова отобьемся, преодолеем последствия "перестройки" и "реформ", как делали это уже не раз. В нашей методической целеустремленности, систематичности и высоком качестве работы свидетельствует строительство железных дорог - на промерзающих грунтах, создание машиностроения, танковой и авиационной промышленности.

Проблема качества - это произведение качества замысла на качество исполнения. Качество исполнения и в нашем машиностроении, и в судостроении, и в авиации всегда было весьма высоким, даже русская радиоэлектроника служит десятки лет. Слабым местом нашего флота было качество замысла и использования, но в этом вина уже не кораблестоителей и эксплуатационников, инженеров и рабочих, и не проектировщиков, а заказчиков и финансистов - высшего начальства.

Зачем мы привлекали "немцев", иностранных спецов, при создании новых отраслей промышленности? Это естественно, при необходимости наверстывания в какой-либо отрасли не изобретать все самостоятельно, но использовать все лучшее из зарубежного опыта, так же поступают и японцы, и китайцы, так же французы учились у итальянцев, а итальянцы - у греков. Западная Европа сама до конца XII в. по технологиям отставала от Византии и Руси, до XVII в. - от исламского мира, Индии и Китая. Япония отставала от Запада до середины Х в., Китай - до кон. ** в.

Мы быстро перенимали все лучшее у наших учителей. В конце XV в. итальянцы построили в Москве Пушечный двор - через 100 лет мы лили лучшие в мире колокола; в XVI в. мы покупали в Швеции железо, а вывозили ружья - то есть Швеция была нашим сырьевым придатком. В ХVIII в. мы создали тяжелую индустрию и начали вывозить железо. По техническим открытиям в ХVIII - XIX веках мы шли на уровне наиболее развитых стран, всегда в первой пятерке, а то и в первой тройке.

Давление "сверху" при создании новых отраслей промышленности - это был способ концентрации усилий всего народа, всей страны на наиболее важных направлениях, методика прорыва.

Создание высококачественных товаров для продажи во многом зависит от критериев оценки. В позднесоветское время, в эпоху "развитого социализма" критерием производства стали пресловутый вал и затратный подход: не сколько товара реализовано, а сколько произведено, не сколько получено конечной потребительской стоимости, а сколько истрачено сырья и энергии. И качество стало падать, ухудшились материала- емкость и энергоемкость.

До 1514 г. наше отставание от наиболее развитых стран и по качеству замысла, и по качеству исполнения конечного продукта быстро сокращалось, происходило замещение импортных товаров отечественными. Экспорт сливочного масла давал вдвое больше золота, чем все прииски Империи. После гражданской войны с 1930-х до конца 1950-х наше отставание сокращалось настолько быстро, что даже в США до начала 1970-х всерьез считали, что СССР может "догнать и перегнать". Отставание началось лишь со средины 1970-х, превратившись в общую хозяйственную разруху лишь в результате целенаправленной деятельности Горбачева и Ельцина.

Интеллигенция свято верит, что-де русские - плохие работники, в отличие от японцев, немцев, финнов, китайцев, турок. Но до перестройки каждый десятый телевизор, приобретенный в Турции, был советского производства, а вопрос о том, что турки как работники лучше русских, просто никому не приходил в голову. Сейчас эталоном сверхработника считают японца, после 1982 г. к ним примкнули китайцы. Но где были японцы до 1868 г. и китайцы до 1976 г.? До 1868 г. все и в тогдашней Англии, и в тогдашней России, и в тогдашней Японии были уверены, что Япония отстала не только от Англии, но и от России навсегда. То же с 1876 г. было и с Китаем. до 1917 г.

Разница между Эльцляндией и всей Российской Империей, частью которой была тогда Финляндия, была не больше, чем тогда же между Северной и Южной Кореей. Сейчас отставание Северной Кореи от Южной или нас от Финляндии - не навсегда, а на пару десятилетий.

Эталоном положительных качеств русского народа являются старообрядческие общины в латинской Америке. Кстати, именно среди наиболее крепких русских субэтносов - поморов, сибиряков, казачества - больше всего старообрядцев. У старообрядцев в Латинской Америке ни в одном доме нет “телеящика”, зато по 5 и больше детей, в каждом доме - трактор, у каждого мужика - автомат (от лихих людей). Старообрядцы - пример упорного систематического труда, умеренности и аккуратности, бережливости. До 1317 г. старообрядческое предпринимательство давало не менее яркие положительные примеры, чем сейчас в Латинской Америке. После 1325 г. старообрядцы создали едва ли не лучшую церковную архитектуру, возрождающую допетровские традиции. До и сейчас, после 1331 г., лучшая церковная архитектура - опять старообрядческая. Так что есть еще порох в пороховницах.


Действительные пороки и их причины

Основные пороки русских - не лень, не пьянство, даже не разгильдяйство, но низкое национальное самосознание, доверчивость и снисходительное отношение к предателям. Все эти пороки - из-за слабости русской национальной элиты.

Следует также отделять недостатки, порожденные особенностями внутреннего исторического развития, от происходящих из тех же природных и внешнеполитических факторов, что и наши достоинства, и являющиеся их продолжением. Осознание недостатков - первый шаг к их преодолению.

Наша национальная элита - наиболее верные и доблестные люди из всех сословий - блестяще проявила себя в начала XVII в., выведя страну из смуты. Но с тех пор русская элита пережила несколько расколов и по частям выпадала из общественной жизни. 1666 г. - Никонианский раскол, в старообрядчестве остались самые стойкие, те, кто предпочел верность вере предков возможности социального роста. Начало ХVIII в. - петровские реформы, культурный раскол общества по вертикали: простонародье осталось в восточно-христианской культуре, а знать стала западнической, народ стал воспринимать барина почти как иностранца, чужака.

Петровские реформы по разрушительному действию для русской культуры и общественной структуры явились продолжением никоновских, не даром богомерзкая трава табака зовется "никониана".

1917 г. - гражданская война, раскол на красных и белых, который до сих пор является основной бедой патриотов. В старообрядцах после 1666, в белых после 1917, так же, как и в “красно-коричневых” после 1991 остались лучшая часть русского этноса - те, кто не предавали. (Интересно, что нынешний "красный пояс" в гражданскую войну был белым - его жители сохраняют верность нашей стране.)

Сокращалась социальная и генетическая база для пополнения высших слоев нашего общества, слабела внутриэтиическая консолидация русскою народа. Место национальной элиты постепенно занимала интеллигенция. По определений Ю.И. Мухина - "пакостная прослойка", по И.Р. Шафаревичу - "малый народ", или антинарод.

Иноэлита - это химера и антисистема, или, по определению Л.Н. Гумилева, общность лиц с множественным этническим самосознанием - химероидов. Например, “демроссияне”, этническое самосознание которых - результат в первую очередь воспитания, а не просто наследие инонациональности предков. Западничество петровских реформ породило “внутреннюю химеризацию” - химерическую (множественную) суперэтническую (культурную) ориентацию верхушки русского общества, когда образованные слои принадлежат одновременно к двум региональным великим культурам - русской восточно-христианской и западному "миру цивилизованному".

Химеры часто порождают антисистемы - по определению В.Л. Махнача, структуры, формальные или неформальные, имеющие отрицательное мироощущение, руководимые синкретической смесью идей в привлекательной оболочке декларативных лозунгов, орудием которых является ложь, прикрытая полуправдой, и действующие разрушительно, подобно злокачественной опухоли.

Этим антисистемы, в том числе интеллигенция, отличаются от большинства религиозно-философских систем и общественных структур, способствующих сохранение общества и увеличению продолжительности его жизни. Заняв место элиты, интеллигенция способствовала увеличению хаоса в обществе, она стала генератором смуты, порожденной сверху.

Из-за слабости национальной элиты, из-за ее постоянного обескровливания происходит слабость этнического самосознания, недостаток этнического самоуважения у русских, ибо носителями национальных ценностей во все времена у всех народов были "лучшие люди" всех сословий, в первую очередь аристократия. Заместившая аристократию интеллигенция, будучи химерой и антисистемной, насаждала антиценности: нарекала Россию “тюрьмой народов”, Советский Союз – “империей зла”, работала над разрушением "этой страны".

Будучи имперским этносом, русские уживчивы, незлобны и доброжелательны, даже чрезмерно добры и незлопамятны, хотя и недостаточно учтивы, часто дурно воспитаны, недостаточно обходительны и корректны в общении. Это происходит как от отрыва простонародья от аристократии, накапливающей из поколения в поколения традиции благородного воспитания, являющегося вместе с идеалами верности и чести признаком принадлежности к элите, так и от переселения массы простонародья в города, выпадение ее из традиционной среды, отрыв от корней традиционной народной морали, разрушение воспетого Василием Беловым "ЛАДА". Элита - множество особей, выпавших из природной и культурной среды и традиционной общественной структуры, что привело к потере стабилизирующей жизнеутверждающей системы ценностей и этнического самосознания, замены их психологией перекати-поля.

Следующая группа наших пороков происходит из-за хронического форс-мажора, из-за того, что обстоятельства, считающиеся у других народов сверхчрезвычайными, для русских являются нормой. В нашем климате каждый третий год неурожайный, сельскохозяйственная часть года вдвое короче, чем на Западе, каждый второй год - военный, постоянные набеги враждебных соседей с Запада и Юга, что порождает снисходительность русских к необязательности, ибо пунктуально выполнить обязательства невозможно из-за внезапно возникших непреодолимых внешних обстоятельств. Краткость благоприятного сезона для исполнения любой работы породила "давай-давай", когда очень много дел необходимо выполнить в минимально возможное время, эта авральность неизбежно ухудшает качество исполнения. Постоянные неблагоприятные внешние условия породили терпеливость, из которой проистекло так вредящее сейчас русским долготерпение. Именно из-за извечного русского долготерпения оккупационный по сути демроссийский режим до сих пор не свергнут.

Необходим государственный патернализм, когда страна воспринимается как большая патриархальная семья, которой все обязаны служить на пределе сил - иначе не выжить никому, и которая слишком часто не может вознаградить праведные труды из-за внешних обстоятельств, породило особое отношение к руководителям страны, веру в "хорошего царя" - от Ленина и Сталина до Ельцина и Зюганова, что власть все знает, но не может помочь народу, что она, наконец, одумается и постарается все исправить, что "надо же в кого-то верить". Русское воровство, в отличие от демроссийского - это когда нехорошо украсть у ближнего, но можно поживиться на рабочем месте, "бери - но по чину бери" - это дополнительная патриархальная система вознаграждения, предполагающая, с другой стороны, готовность к самоотверженной работе. От государственного патернализма, от патриархальной стайности, происходит и низкая цена индивидуальной жизни, когда в одиночку не выжить по климату и внешней угрозе, а на миру и смерть красна готовность каждого к самопожертвованию есть условие выживания всех.

Русский солдат, как и русский работник - по своим задаткам один из лучших в мире. Он исключительно неприхотлив, стоек в обороне и самоотвержен в наступлении, но он часто недостаточно самостоятелен, недостаточно инициативен, слишком зависит от начальства, это заметил еще Фридрих Энгельс. В советское время наш солдат, как правило, плохо обучен. Если сравнить русскую армию наполеоновских войн и второй германской войны, то высшее руководство в обоих случаях часто было негодным, подготовка нашей армии, ее качество В наполеоновских войнах не уступало неприятелю, а во вторую германскую подготовленность командиров среднего звена и особенно выучка солдат была гораздо хуже, даже имея превосходство в технике и вооружении, мы воевали большой кровью, не умением, а числом.


Проблема комплиментарности

Комплиментарность народов, этносов - это взаимная симпатия, склонность между ними. Она определяется как близостью этнических стереотипов поведения, вытекающей из сходства их образа жизни, так и историей взаимоотношений между народами, включая их принадлежность к великим культурам, суперэтносам. Выделяются четыре категории комплиментарности: 1. особо положительная (братская); 2. положительная (доброжелательная); 3. нейтральная (нулевая); 4. отрицательная.

Пример братской, особо положительной комплиментарности - отношения между евреями и их друзьями и союзниками грузинами и чеченами. Лидеры Израиля и самостийной Грузии официально признали извечно существовавшие "особенную духовную близость" и "трогательный пример исключительного взаимопонимания" их народов. Пример самых трогательных и нежных дружбы и братства - отношения евреев с чеченами. Евреи, именующие себя "избранным народом", даровали своим младшим братьям чеченам статус "особенного народа". Чем больше в редакции газеты или телеканала евреев -тем более последовательно поддерживал он чечен во время недавней войны. Зато у палестинских арабов отношения с евреями напряженные - и иорданские чечены, соотечественники Хоттаба, во время Ближневосточных кризисов воевали против палестинцев. Аналогичный пример -взаимоотношения русских с издревле православными народами Великороссии - мордвой, марийцами, карелами. Эти спокойные лесовики живут с близкими по этническому стереотипу поведения русскими как единый народ, прекрасно смешиваются, не образуя химер, у них нет антирусских движений. Резко отрицательную комплиментарность с русскими из народов нашей бывшей страны имеют эстонцы, латыши, литовцы, украинские и белорусские западенцы - католики и униаты, крымские татары, чечены, ингуши, грузины, цыганы, видимо - молдавские румыны и тувинцы, это народы, среди которых нет заметных дружественных русским общественных движений, зато антирусские - массовые, вплоть до всеобщих. Из внешних народов три страны всегда были по своим геополитическим интересам врагами России: Польша, Англия и Турция. Но у русских хорошая взаимная склонность с англичанами, нейтральная (нулевая) с турками и резко отрицательная с поляками. Причина этого не столько в разнице этнических стереотипов, сколько в истории взаимоотношений.

Отрицательную комплиментарность с русскими по стереотипу поведения имеют в первую очередь народы с кланово-племенной структурой, издревле живущие не за счет сельского хозяйства - цыганы и многие кавказцы. По бытовым наблюдениям, совпадающим с социологическими, русские плохо уживаются с цыганами и кавказцами. С точки зрения русских, и те, и другие не работают, но имеют много неправедных денег. Цыганы - увешанные золотом попрошайки, жулики, воры. Кавказцы - не только хорошо организованные спекулянты, жиреющие за счет русских, но и бандиты. В СССР почти половина воров в законе были грузины - уровень криминализации в тридцать раз выше, чем у русских. Для кавказцев русские - люди низшего сорта, недочеловеки. Это небезосновательно: русские терпят такое обращение от превосходно организованных по национально-родовому признаку кавказцев. Сейчас из всех кавказцев наилучшая (нейтральная) комплиментарность с русскими у армян, дорого заплативших за увлечение русофобией в горбачевское время, наихудшая (резко отрицательная) у чечен и грузин - народа русофобов, от Сванидзе и Шеварднадзе до Церетели и Гоши Гогенцоллерна. И у грузин, и у чечен власть и оппозиция соревнуются, кто более враждебен русским. Сейчас грузины и чечены объединились с азербайджанцами, у которых комплиментарность с русским нулевая, в антирусский протурецкий и проамериканский Кавказский блок. Впрочем, любые кавказцы, даже наши потенциальные попутчики армяне, абхазы, осетины имеют комплиментарность с русскими не выше нулевой.

Отрицательная комплиментарность с русскими по историческим обстоятельствам, часто связанная с разной суперэтнической принадлежностью, традиция политической и культурной вражды - у украинских и белорусских западенцев и прибалтов. Именно галицийские униаты под руководством польских ксензов и австрийского генштаба выработали идею "украинской самостийности", они составили ядро Руха и воюют против русских от Абхазии и Чечни до Минска. А прибалты всегда были холопами, литовцы - польскими, эстонцы и латыши - немецкими или шведскими. Русские позволили им не быть холопами - и те взомнили себя господами. Впрочем, добившись самостийности, прибалты срочно ищут новое ярмо: литовцы уже избрали президентом американца, что доказывает их органическую неспособность к независимости.

Внешние народы имеют различную взаимную склонность с русскими, но в любом случае ее не следует переоценивать: по замечанию Пикуля, России всегда не везло с союзниками. Александр III прав - внешних друзей у России нет. Православные "братушки" болгары в обеих мировых войнах были готовы (объединиться против русских с кем угодно, хоть с турками. И сейчас они рвутся в НАТО, чтобы вместе с турками, чехами и поляками воевать против русских.

Вызывает удивление проповедь славянофилов и евразийцев. Нет таких великих культур! Русские и сербы - православные, поляки и хорваты - католики, босняки - мусульмане. Чехи и поляки не более дружественны русским, чем немцы или венгры, хорваты всегда враждовали не только с сербами, но и с босняками. Славянское братство - иллюзия кабинетных мечтателей, гораздо более беспочвенная, чем единство немцев, англичан и французов. Народы евразийской Великой Степи, в отличие от славян, последние века уживаются лучше, но и здесь монголы, буряты, калмыки - буддисты, башкиры, казахи, киргизы - мусульмане, русские - православные.

Отношения русских с тюрками и другими мусульманами /кроме крымских татар и кавказцев/ были обычно корректными. С тех пор, как казанские татары вошли в состав России, их нельзя упрекнуть в неверности Империи. В Поволжских губерниях татарские деревни стоят вперемежку с русскими. Межнациональных конфликтов не было, а бытовых было меньше, чем между самими русскими. Комплиментарность с тюрками лучше, чем с любыми кавказцами. Молодежные группировки в Казани объединялись не по религиозно-этническому признаку, а по месту жительства. К 1917 г. треть татар были православными. Великое множество русской национальной элиты - Карамзины, Аксаковы, Тургеневы, Тенешевы Салтыков-Щедрин, Дмитрий Михайлович Балашов и Сергей Георгиевич Кара-Мурза - ордынского происхождения. С другой стороны, комплиментарность русских с тюрками и другими мусульманами все же не выше нейтральной. Для русского обывателя они все-таки не вполне наши, поэтому у Тулеева не может быть шансов на президентских выборах. И сам Тулеев поддерживал протурецкий Азербайджан против наших геополитических союзников армян, а сейчас братается с русофобом Кучмой. Так же, как удельный хан Татарстана Шаймиев - союзник Чечни и твердый ельцинист. Но при нейтральной комплиментарности этносы прекрасно уживаться в едином государстве.

Евреев большинство русских не воспринимают как чужих, а тем более как враждебную силу. Вспоминают евреев - любимого учителя, хорошего врача, вежливого соседа. До и после 1985 г. к евреям относились с сочувствием, теперь - с завистью. Как относятся евреи к русским - другой вопрос, отвечать на него не берусь.

По результатам выборов и референдумов с 1989 по 1997 в городах голубого пояса Бывшей РСФСР - Москве, Свердловске, Питере, Перми, портовых городах - русофобов больше, чем во всех Балтийских, Черноморских. Кавказских и Среднеазиатских провинциях нашей бывшей страны, вместе взятых.

Твердых патриотов - тех, кто голосовал против Лужкова - в Москве не больше 400 тыс. избирателей - 6%, зато за Ельцина голосуют 3/4 москвичей, до 1/4 москвичей - крутые русофобы, голосующие за Каина Адамыча Ковалева, Борового, адвоката "Танечку" Макарова. Другие голубые города голосуют за Старовойтову, Козырева, Бурбулиса. По этническому составу в Москве доля русских намного меньше, чем в остальной Бывшей РСФСР, и даже чем во многих автономиях. Согласно учебнику "Москвоведение. География Москвы и Московской области", химероидов - лиц с множественным этническим самосознанием - в Москве гораздо больше, чем просто нерусских. При ничтожной рождаемости, население в Москве после 1917 г. выросло в 4,5 раза - москвичи в значительной степени являются лимитой - людьми, выпавшими из вмещающего ландшафта и традиционной культуры, с утраченным, атрофированным этническим самосознанием, выпавшие из этноса. Кроме того, голубые города, столицы и портовые, хорошо прикормлены. Москва - город-паразит, жиреющий за счет посреднической деятельности и ограбления остальной Бывшей РСФСР. 3/4 московских семей имеют автомобиль - их число после 1991 г. выросло в пять раз, 15% - иномарки. Это город "новых рашенов", которые потому и именуются новыми, что среди них немного русских по происхождению и вовсе нет русских по национально-политической ориентации, и хорошо прикормленного плебса, быдлячества.


Возможности преодоления смуты

Мы живем в оккупированной стране. По определению В.Л. Махнача, если режим подавляет национальные меньшинства, он жестокий, бесчеловечный, может быть, даже неумный, но если подавляется национальное большинство, происходит его социальная деградация и физическое вымирание, то этот режим оккупационный. Главный вопрос - это вопрос о власти. Наши задачи - не смена "правительства", не "корректировка" антинародных реформ, а проведение контрреформ, обеспечивающих выживание нашего этноса и иже с ним. Выживание русского этноса невозможно без смещения оккупационного демроссийского режима - ремократизации. Задачи русского народа и народов, дружественных русским - это задачи национально-освободительной борьбы.

Создать процветающую страну после нынешней хорошо организованной целенаправленной разрухи будет необычайно трудно, но это несоизмеримо легче, чем удержаться первые два года после взятия власти патриотами, а особенно первые полгода, когда мы будем слабы, как новорожденный младенец. Но и это несоизмеримо легче, чем взять власть.

Реставрация русской империи - это две системы целей: программа-минимум - взятие и удержание власти патриотами, задачи Минина и Пожарского; программа-максимум - задачи мирного строительства после победы патриотов. Какие качества русского народа должны обеспечить, во-первых победу национально-освободительной борьбы нашего народа против власти русофобов, во-вторых, осуществление патриотических контрреформ, обеспечивающих не только выживание, но и достойный уровень жизни, полноценное существование и развитие народа и страны ?

И.Р.Шафаревич убедительно возразил Минкину и Игорю Чубайсу, которые настаивают, что-де русский народ впал в обскурацию, деградировал утратил деятельную волю, энергию активности, способность к сопротивлению: во время Великой Отечественной войны, несмотря на всю негодность командования, русский солдат подтвердил свои прекрасные задатки. И войны в Афгане и Чечне подтвердили: хотя командование разложилась полностью и окончательно, а демроссийская власть предала армию, но задатки солдат и рядовых офицеров не стали хуже.

Наш шанс на национально-освободительную реставрацию состоит в способности русских к авральному всплеску энергии, к бескорыстной самоотверженности, к низовой самоорганизации для конкретных дел. Есть исторический опыт преодоления Смуты начала ХVII в., запечатленный в пословице "русские медленно запрягают, но быстро едут", и в пушкинском замечании о беспощадном русском бунте. После того, как патриоты возьмут власть, заработают историческая склонность нашего народа к справедливости, способность к упорному труду, выносливость. Тогда государственнический инстинкт склонность к патернализму получат положительное направление, а готовность довольствоваться малым, долготерпение начнут служить возрождению страны. Для периода взятия и удержания власти наибольший интерес представляет опыт Ленина 1917-1920 и Сталина 1941-1942, а для мирного строительства, обеспечения процветания - опыт создания русского флота, создания тяжелой индустрии в 1930-х и восстановления в 1945-953.

Для возрождения русского народа, этнической реставрации, необходима система эталонов. Русский исторический эталон - старообрядцы. Самые верные, самоотверженные, организованные, трудолюбивые, многодетные со строгими нравами - воплощение лада Василия Белова. Казачество - народ-воин, аналог швейцарской и израильской систем. Восстановление рождаемости возможно через возвращение народа к традиционному образу жизни, этническим стереотипам, вместе с экономическим поощрением многодетности и жесткими административными мерами против планирования семьи Восстановление традиционной патриархальной нравственности будет обеспечено как тем, что общественное сознание определяется общественным бытием, так и переходом в руки патриотов важнейшего приводного ремня власти - средств массовой информации и системы общественного школьного и дошкольного воспитания.

Надо использовать и внешние эталоны. Мы должны уметь взять все лучшее, чему можно научиться у других народов, для реставрации нашей Империи. Полезно поучиться у наших врагов: чтобы разбить Чечню, надо учиться у Басаева и Радуева.

Немцы на бытовом уровне никогда не признавали существования ГДР, Китай не признает отторжения Тайваня и уже вернул Гонконг. При возрождении экономики, народного хозяйства надо обратить внимание на Японию, их “систему человеческих отношений”, имеющую много общего с нашей артельной традицией, и их государственную административно-командную систему. Япония сумела воспринять все лучшее из индустриальной цивилизации, сохранив традиционную культуру. Процветающая Финляндия имеет и сходную с нами природную среду, и вытекающие из нее близкие этнические стереотипы. В восстановлении экономики страны в целом есть два примера успешного большого скачка: Китай после 1976 г., под мудрым руководством товарища Дэн Сяопина из груды развалин превратился в сверхдержаву, и Германия 1933-1939 годов, преодолевшая веймарскую разруху, сходную с “перестройкой” и “реформами”. При проведении военной контрреформы образцом должна служить армия Израиля - лучшая в мире после гибели Вермахта. Израиль - великолепный пример создания великой державы на новом месте, с народом, собранным со всего мира.

Но самое главное, чему мы, русские, должны учиться у евреев, в чем они должны быть для нас эталоном, идеальным образцом для подражания - этническое самоуважение и внутриэтническая консолидация, когда косой взгляд на любого еврея вызывает бурю во всем мире. Многие русские считают евреев сверхчеловеками: распространено мнение, что-де среди евреев нет бездельников, разгильдяев, пьяниц, предателей, что-де еврей никогда не нанесет вреда другому еврею и что-де поэтому евреи непобедимы. На самом деле шелупони достаточно в любом народе, и среди евреев не меньше, чем среди русских: не случайно воровской жаргон сложился на основе идиша, Клинтона заложила еврейская девочка, да и Израильского премьера Рабина убил не палестинец и даже не антисемит. Но если русского изобличат в пьянстве или предательстве, большинство русских соглашаются: да, мол, мы, русские, такие, нехорошие. А евреи, если у схваченного за руку негодяя обратят внимание на его еврейское происхождение, немедленно ответят обвинением в антисемитизме Похоже, что антисемитизм - это любое упоминание о евреях без подобострастного преклонения. Сила еврейского народа ~ в традиции выступать в отношении с неевреями как единое целое. Вот чему мы должны учиться у евреев: да, Васька - пьяница, а Лебедь - предатель, но если из этого делается вывод, что русские - пьяницы и предатели, то это - РУСОФОБИЯ, которая должна преследоваться по статье 74 УК Бывшей РСФСР. Еще ном надо учиться у евреев не чувствовать себя виноватыми перед другими народами: мы, русские. никому ничего не должны, а вот нам много кое-кто должен. И мы обязаны помнить об этих долгах, так же, как евреи, которые лучше всех на свете умеют помнить обиды, нанесенные им другими народами, и лучше всех умеют внушить другим народам чувство вины перед евреями, и не только внушить, но и получить с этого реальные дивиденды. Этому мы тоже должны учиться у евреев.

А пока наша страна остается нашей бывшей страной, мы должны учиться в первую очередь у палестинцев. Им противостоит если не самый могущественный, то самый влиятельный народ, из когда-либо существовавших в мире. Однако палестинцы так сумели поставить, что получили статус национально-освободительного движения, и их, даже героев-камикадзе из “Хамаза”, никто не смеет обвинить в антисемитизме. Положение палестинцев было не намного лучше нашего, но они устояли, сумели отбиться. Теперь наиболее умные патриоты Израиля с ужасом предвидят, что палестинцы победят, а Израиль сбросят в море.

В результате “демократических реформ” нам, русским, грозит участь коренных американцев - индейцев, объявленных “низшей расой” и истребленных ради очищения “жизненного пространства”. У Адольфа Гитлера были успешные предшественники - отцы-основатели США, предки наших сегодняшних врагов. Сравните гитлеровский “Генеральный план ОСТ”, замыслы небезызвестного Аллена Даллеса и результаты правления Горбачева и Ельцина. Они похожи как Чубайс на Гитлера. Не зря “СНГ” расшифровывают как “Сбылись Надежды Гитлера”.

Догмат Зюганова-Лебедя утверждает, что-де Россия исчерпала лимит на кровавые потрясения. Но в нынешней ситуации нам уже нечего терять. Конечно, искусство политика”, военачальника, бойца состоит в том, чтобы добиваться целей с минимально возможными потерями, но мы должны осознать, что никогда еще наше положение не было столь тяжелым, настолько близким к безнадежному, и мы должны действовать о максимальной энергией и искусством. Русским национальным символом должен стать образ крысы, загнанной в угол. Лев Николаевич Гумилев прав: если мы не будем сопротивляться, то умрем на плантациях - от голода и переутомления.

Мы должны прорываться любой ценой!


Назад к Оглавлению

Внимание! Мнение автора сайта не всегда совпадает с мнением авторов публикуемых материалов!


Наверх

 



Рейтинг@Mail.ru Яндекс.Метрика